Гроза (Из жизни маленькой девочки Кетти) (30.10.22)


 

Катарина Кухаренко

 

Гроза

 

Июль 1950. Рабочий посёлок в Алтайском крае - юго-востоке Западной Сибири. Этот вечер, когда Кэтти было пять лет, она будет помнить всю жизнь. Она была одна, как это часто бывало. Их комнатка в бараке была маленькой, в неё едва вмещался небольшой стол, табуретка и топчан. На топчане лежал соломенный матрац, ватное одеяло и две набитые соломой подушки. Время, пока была заперта в комнате, она проводила на топчане – играла со своей единственной тряпичной куклой или выглядывала в окно. Там играли дети, мимо проходили люди. Возле дома напротив по вечерам на скамейке сидели чужие тётеньки, разговаривали и лузгали семечки.

Мама с детьми переехала сюда год назад. Раньше они жили в немецкой деревне Грюнфельд. Кэтти хорошо помнила низкие дома по обе стороны широкой улицы, заросшей травой, высокие деревья и зелёные кусты. Младшая сестра Нина и бабушка (Ома) жили ещё там. Кэтти редко вспоминала сестрёнку, однако очень скучала по бабушке. Мама говорила, что когда им дадут комнату побольше, бабушка с Ниной тоже приедут.

Вот и сегодня мама была на работе, и Кэтти, поджидая её, сидела у окна, надеясь её увидеть ещё издали. Заводской гудок провыл, значит, мама должна вот-вот прийти. Но прошло немало времени, а мамы всё нет и нет. Постепенно темнело. Девочке хотелось есть, однако из еды на столе ничего не осталось. Кусочек хлеба и варёную картошку она давно съела. И молоко выпила. И кукла, подарок бабушки, ей ничем не могла помочь, разве только терпеливо слушать.

Снаружи вдруг всё помрачнело. Чёрная туча закрыла небо. Послышался гром. В небе полыхнула молния, и в комнате на миг стало светло. Кэтти отскочила от окна и забилась в угол топчана. Вскоре громыхнуло так сильно, что задрожали стены. Тяжёлые капли дождя забарабанили по стёклам. При следующей вспышке Кэтти зажмурила глаза. Её охватил страх, она не понимала, что происходит. Сверкало и громыхало всё ярче и оглушительнее. Она спряталась под одеяло, но гроза настигла её и там. Девочка в отчаянии звала маму, но мама не приходила. В поисках защиты Кэтти забилась под топчан. Крепко прижимая к себе куклу, вздрагивая при каждом раскате грома и всхлипывая, она сидела на корточках под топчаном, съёжившись в беззащитный комочек. Кэтти уже не могла плакать, а мама всё не приходила. Почему?

Лето в тот год было очень жарким и сухим. Песчаная почва пересохла, и часто возникали лесные пожары. Рабочий посёлок располагался в сосновом бору, и когда лес горел, всех взрослых вывозили его тушить. В тот день маму вместе с другими рабочими на грузовике, что стоял у ворот завода, отправили в лес под присмотром милиционеров. К сожалению, никто не подумал о том, что этих спешно согнанных женщин дома ждут голодные дети. Машина прибыла к месту пожара, когда в стороне посёлка разразилась гроза. Женщины с тревогой смотрели на вспышки молний и прислушивались к отдалённым раскатам грома.

Мама маленькой Кэтти знала, как её дочь боится грозы, и воображала себе ужасные картины, что происходит с напуганным ребёнком в запертой комнате. Она знала также, что во всём бараке нет ни одного взрослого: все её соседки были здесь, в лесу, – забрасывали песком горящую траву, кусты и деревья. Они пытались преградить путь быстро распространяющемуся пламени длинными канавами, которыми окружали место возгорания. Это не всегда удавалось, и они с надеждой смотрели на небо. Погода сильно испортилась. «Господи, пошли нам дождь», - было написано на лицах людей. И это случилось: первые капли дождя упали на разгорячённые лица, плечи и руки людей, сражавшихся с огнём. Дождь с шумом падал на пылающие ветви и раскалённую землю. Огонь шипел, затихал, пока, наконец, ливень не покончил с ним окончательно.

Дождь спас лес, но, прежде всего, осчастливил людей. Никто не прятался от него. Они подставляли руки и лица под водяные струи, которые смывали пепел и сажу. Дождь длился недолго, но успел победить огонь. Дым поднимался над пожарищем. Теперь люди могли, наконец, отправиться домой. Было уже далеко заполночь. По дороге все шутили и пели.

Только мама Кэтти, красивая 24-летняя немка с Украины, не могла ни шутить, ни петь. Она очень боялась за свою доченьку. У заводских ворот первая спрыгнула на землю и изо всех сил помчалась домой. В тёмном коридоре она торопливо открыла дверь, включила свет, но… малышки нигде не было. Она громко звала её, торопливо прощупала матрац и подушки, заглянула под стол. Ноги её подкосились, и она опустилась на пол… И тут мама услышала тихое всхлипывание под топчаном. Она откинула одеяло и увидела свою дочурку.

Девочка спала, сидя на корточках, вжавшись в угол, прижимая к себе куклу. Во сне она всхлипывала. Мама осторожно вытащила её из-под топчана. Малышка была совсем мокрая. И не только от слёз… Мать ласково обтёрла её всю, без конца нежно целуя, закутала в платок и осторожно уложила на топчан. Девочка бала так измучена, что даже не проснулась.

Уже светало, когда мать устало прилегла возле ребёнка. Впереди новый тяжелый день… Встать, приготовить завтрак, убрать комнату, позавтракать вместе с дочкой, и, если останется время, поиграть или порисовать. В комнате имелся карандаш и лист коричневой упаковочной бумаги из магазина. А потом, в половине четвёртого, заводской гудок снова позовет маму на работу.

Пусть бы дальше шёл дождь, чтобы лес не загорелся…

Пусть… И тогда через четыре дня у неё будет выходной, и она пойдет в ночную смену с полуночи до утра.

А если комендант удовлетворит её просьбу, она сможет уже в следующем месяце перевезти из деревни мать и младшую дочь. Хорошо бы…

 

 

 

 



↑  75