Чтобы все начиналось красиво (30.05.2021)


 

Л. Майер

 

Самой Марии Андреевне очень не повезло: ее так горячо, так радостно ожидаемый первенец появился на свет совсем не при таких обстоятельствах, о которых они с мужем мечтали... Муж к тому времени уже был на фронте, а она...

Как-то ко мне обратилась кузина Роза Краус с просьбой: «У Толика в этом году юбилей. У меня к тебе просьба: не могла бы ты сочинить начало для альбома о ребенке, который родился в сентябре 1941 года в теплушке, увозившей немцев все дальше от берегов Волги, от яблоневых садов в далекую, холодную Сибирь?»

Просьбу я, конечно же, выполнила, Написала и отправила ей в Таврический район Омской области следующее стихотворение:

 

Ах, как бы красиво могло все начаться!

Ты в доме родильном явился б на свет.

Родня чередою бы шла восхищаться:

Ребеночка краше не знал ещё свет!

И ты б утопал в кружевах белопенных,

Дарили бы маме букеты цветов,

А в комнате в сумерках летне-осенних

Кружились бы феи из сказочных снов...

 

Но сказок не знал грозный год сорок первый.

Казалось, на землю обрушился ад.

Громили враги города и деревни,

И ты – нерожденный – уж был виноват.

А вдруг пособишь кровожадному зверю,

Коль вдруг он до матушки-Волги дойдет?

И выдан указ – (вождь не видел потерю) –

Изгнать из Поволжья немецкий народ!

 

Людей, словно скот, загоняли в теплушки,

Кричали охранники, лаяли псы,

И плакали женщины, дети, старушки –

Им больше не видеть приволжской красы....

В такой вот теплушке – вонючей, холодной,

Где, стиснувши зубы, держись и крепись,

Твой крик – торжествующий, громкий, голодный

Стал искрой надежды – не кончена жизнь!

 

С тобой на руках мать сидела в повозке,

Кругом расстилалась бескрайняя ширь.

С суровостью внешней, красою неброской

Народ приняла, приютила Сибирь.

Она не встречала людей хлебом-солью,

Но все ж поделилась куском и теплом.

В Желанном с его безграничным раздольем

И вырос он, маленький отчий твой дом...

 

Возможно, кто-то из жителей Желанного уже догадался, о ком идет речь. Конечно же, о Марии Андреевне Вайцель. Толик, герой моего стихотворения, ее первенец, - это Анатолий Иванович Баев (которого, возможно, тоже еще помнят в селе). А письмо с просьбой мне написала ее младшая дочь Роза ( в девичестве Вайцель).

Мария Андреевна около сорока лет работала акушеркой в Желанновской участковой больнице. Работала в то замечательное, трудное, но светлое время, когда, если и водилось богатство в деревенских домах, то это были не мебель и не хрусталь, не ковры и не золото. Богатство это было - дети...

Перебираю в памяти только наш северо-западный уголок села: нас в доме – шестеро. У соседей слева, справа – по пятеро ребятишек. А уж за углом, на улице Степной, почти каждый дом – «полна коробушка»! Вспоминаются семьи Косицыных, Сорокиных, Бочаровых, Онищуков, Проценко... Этот ряд примеров легко может продолжить любой старожил Желанного, так было практически на каждой улице...

Но представить только: всех этих детей принимали, вносили в бурную и радостную земную жизнь руки Марии Андреевны Вайцель.

И – верьте не верьте – но были в более чем столетней истории села такие времена, когда имелась в нем не только участковая больница, но и – святая святых – родильное отделение при ней. Я пишу о той больнице, которая открылась в начале 60-годов и находилась за огородами жителей самой северной части улицы 8 марта (теперь улицы им. Геннадия Комнатова). Попасть в нее можно было либо с перекрестка от улицы 8 марта, либо с улицы Кооперативной, повернув от поворота на Степную в противоположную сторону – теперь от этой больницы не осталось и следа.

А тогда, в начале 60-х, новоселье больницы было большим праздником не только для коллектива медработников, но и для всех жителей села. И немножко для нас: меня и моих подружек – двоюродных сестер Розы и Нелли. Моя мама работала в больнице санитаркой, а их мамой была Мария Андреевна Вайцель.

Санитарки в то время работали сначала сутками, потом у них было 12-часовое дежурство. А Мария Андреевна, сколько ни вспоминаю свое пребывание у сестер, редко была дома – ее работа не могла «подчиняться» никаким графикам. Поэтому частенько, особенно летом, бегали мы в больницу (благо и бежать было от подружек по тропинке между картошкой за огород), чтобы проведать мам.

Больные встречались с посетителями на крылечке (помнится, очень красивым: с перилами, резными столбиками), сидели на лавочках или прогуливались под тополями, словно полукругом обступавшим здание больницы. И только под окнами одной из палат люди – мужчины ли, женщины, детвора - стояли, словно пригвожденные, и, не замечая ничего вокруг, заглядывали в окно...

А потом наступил день, когда и нас не оторвать было от этих окошек. Через них мама показала нам маленький белый кулек с крохотным розовым личиком, обрамленным белоснежными кружавчиками – нашу сестренку Наташу...

Давным-давно, почти полвека назад, все это было... Выросла, разлетелась по свету та многочисленная желанновская ребятня. Стали в селе редкостью многодетные семьи. Но дети по-прежнему рождаются, правда, уже не в Желанновской больнице. Но это, конечно, не самое важное. Куда важнее, чтобы жизнь этих малышей начиналась в светлое, мирное время. И начиналась обязательно красиво...

Апрель 2014

 

 

 

 



↑  182