«Я думаю на двух языках» (о Генрихе Ране) (31.08.2021)

 

Ирене Крекер

 
Крекер

Корни творчества Генриха Рана - в литературе российских немцев, народа трагической истории. У каждого из нас, его земляков по России и Германии, – свои тайны родословной, связывающие судьбы в единое целое. Генрих Ран относится к тому поколению, которое родилось во время Второй мировой войны и продолжает свой путь на исторической родине в Германии. Тема народа, к которому он принадлежит, живёт в его сознании, давая толчок к созданию необычных по жанру произведений.

Родился Генрих Ран 13 апреля 1943-го года на Украине в немецком посёлке Шпарау. Отец, Яков Андриасович Ран, и мать, Анна Яковлевна, в девичестве Никель, – выходцы из семей немцев, переселившихся в Причерноморье по призыву Екатерины II для освоения пустующих земель. Во время голодомора на Украине, в 20-ые – 30-ые годы 20-го века, удалось выжить только матери отца Генриха. Так продолжился род, которому предстояло пережить и другие катаклизмы истории.

В 1944-ом году семью Ранов, как немцев по происхождению, угнали в Германию. От матери Генрих узнал, что дорога в чужие края шла через Вартегау и Шрепков, проходила в 12-ти километрах от Эльбы. После окончания войны, в ноябре 1945-го года, по требованию советского правительства, семью вернули на родину, но не домой, а в Костромскую область, в лесную глухомань. Посёлок Иваньково стал пристанищем для депортированных, а баня, относящаяся к заимке из двух домов, – местом проживания семьи Ранов. В этой глуши нашла семья спасение от жестокости окружающего мира. Отца арестовали, присудили к 25-ти годам каторги, а на руках матери осталось трое детей: Генрих, его брат Яков, на 14 лет старше, и сестра Сюзанна.

Генрих рос слабым ребёнком. Его замучил хронический бронхит. Но молодой организм одержал победу. С детства развитое воображение мальчика рисовало ему особые миры, в которых окружающая среда была колыбелью, местом познания тайн и главным источником фантазий. Способность мысленного слияния с природой, умение слышать и чувствовать явления и предметы неодушевлённого мира стали ему защитой от голода и вражды. Возможно, этот волшебный дар и стал его спасением. Кто знает, может, семья Ранов и осталась бы надолго в лесном краю, но письмо из Казахстана, полученное в 1957-ом году от двоюродного брата, проживавшего с семьёй, в городе Щучинск Кокчетавской области, предопределило дальнейший ход событий. Жизнь там тоже была нелёгкой, но атмосфера другая – всё же родственники рядом. Да и детям надо было учиться. К тому времени спецкомендатура была отменена, и счастьем стало возвращение отца из мест лишения свободы, где он пробыл восемь с половиной лет.

Жизнь начала потихоньку налаживаться. Восьмилетним Генрих перешагнул порог начальной школы. Учился хорошо. Любознательный от природы мальчик запоминал то, что видел и слышал. Страсть к чтению, посетившая его в детские годы, преобладала над всеми интересами и занятиями в период взросления. В отроческие годы Генрих ощутил «таинственный зов» души. Уходил от кошмаров реальности, читал книги Гёте, Шиллера, Гейне, Шторма, которые отыскал в сельском магазине соседнего посёлка. Потихоньку собирал их, перечитывая по нескольку раз. Сегодня Генрих Ран говорит, что учился литературному мастерству на произведениях немецких классиков. Такое удаётся не каждому. Ему – повезло.

Несмотря на препятствия, которые жизнь воздвигала перед ним, воспоминания о годах юности остались светлыми. Он чувствовал позывные вдохновения. Муза приходила во сне и наяву и оставляла следы сначала картинами, которые он пытался запечатлеть красками на бумаге, потом стихами. Но, по словам Генриха Рана, до восемнадцати лет он не написал ни одной строки. Зато жизнь природы он видит и ощущает одушевлённой. Будто деревья, кусты и цветы ведут с ним разговор о происходящем. Общаясь с ними, он слышит ответы, которые укрепляют желание жить осмысленно.

В одном из стихотворений Генриха Рана 60-ых годов 20-го века есть такие строки: «Рано перед нами встаёт неумолимый выбор цели. И это хорошо. Но поздно зреем мы». Их можно полностью отнести к самому поэту. Его образы начального периода творчества выразительны, надолго сохраняются в памяти. Так, например, садовод-старец запоминается мудростью, нашедшей отражение во внешности: «Эйнштейновский лоб широченный с волнами крупных морщин, под ним необыкновенный блеск из чёрных глубин».

После окончания средней школы Генрих поехал с отцом в Алма-Ату для поступления в художественный вуз. Не набрав достаточного количества баллов, поступил в инженерное училище, тем самым отсрочив на десятилетия исполнение мечты стать писателем. Но всё возвращается на круги своя, если запланировано на небесах. В 1968-ом году юноша пишет стихи под названием «Мне 25 лет». В них есть такие строки:

«В какую дверь я ни стучался!

Кому я только ни писал!

Напрасно!

Меня встречали

повсюду холод и непониманье.

Но поздно!

Нет во мне сомнений!

Ещё увидит мир мои творенья

и восхитится ими!

А теперь

мне нужно спрятать одиночество

в тетрадь

и собираться в путь!"

Тогда герой его стихов «спрятал одиночество в тетрадь». Но в 2011-ом году – мечта о том, что «ещё увидит мир мои творенья и восхитится ими» – сбылась. В издательстве «Geest-Verlag» был опубликован сборник Генриха Рана «Таинственный зов», объединяющий его стихи и поэмы, созданные в Казахстане на русском языке с 1963-го по 1990-ые годы.

Немного о любви

«Таинственный зов прозвучал!

Кто слушать умеет – лови

Пульсирующий ток любви».

Любовь в жизнь Генриха Рана пришла в образе Эльвиры, девушки с чистой душой и открытым сердцем, его будущей жены. Это о ней – его творения, наполненные добром и светом. Она родила ему сына Артура и дочь Елену, за что он благодарен ей всю жизнь. По своей натуре Генрих Ран – человек жизнерадостный, его поэтические строки всегда наполнены оптимизмом и верой в доброе человеческое начало.

«Мы в мир весёлый экспрессивный

Помчимся много, много раз!

И смеха радужные ливни

Пускай обрушатся на нас».

Этим же мотивом радостных откровений пронизаны его стихи «Свет поэта».

«Мной постоянно владеет идея

Гармонии зёрна внести в бытиё».

Духовность и гармония с самим собой, с окружающим миром – основные признаки художественного стиля Генриха Рана. Несколько позже философские размышления поэта о себе и своём месте в жизни сменяются у него думами о будущем человечества и вечности.

«Летящая звезда, что Солнцем мы зовём,

В магнитных лапах Землю увлекает.

Куда же нас несёт, куда же мы придём?

Хочу найти того, кто это знает».

Генрих Ран – человек открытого сердца и большой любви к людям. О себе он пишет так в стихотворении «В аэропорту»:

«Себе кажусь я чудаком,

пришедшим по ошибке в мир огромный.

Я никому здесь не знаком.

И потому я – незнакомец».

О прозе Генриха Рана

 

До переезда в Германию в 1990-ом году, Генрих Ран работал много лет инженером в различных строительных организациях. Позднее трудился инженером-консультантом в различных архитектурных бюро в Висбадене, строил Биоцентр университета Иоганна Вольфганга Гёте во Франкфурте в должности прораба. Но, где бы он ни был и чем бы ни занимался, в нём постоянно шёл процесс наблюдения и осмысления происходящего вокруг. Когда уже не мог больше бороться с давно зародившимся в душе сюжетом первой книги, поступил заочно в Академию писательского мастерства в Гамбурге Axel Andersen Akademie. К тому времени у него уже были опубликованы стихи и короткие рассказы в русскоязычных журналах и альманахах. В 2007-ом году Генрих Ран становится членом Литературного объединения немцев из России. Поэт Агнес Госсен, в течение двенадцати лет руководившая им, вспоминает: «В 2007 году мы проводили в Висбадене литературные чтения, и я пригласила Генриха Рана в наше Литературное общество немцев из России и в группу пишущих на нижненемецком диалекте. У нас на семинаре он познакомился со своим будущим издателем Альфредом Бюнгеном. К тому времени уже напечатал несколько фантастических рассказов в немецких и австрийских газетах и журналах, печатавших исключительно фантастов. Первый его рассказ «Возвращение Эльвиры» - Elviras Rückkehr», опубликованный в 2011-ом году, до этого уже был издан в Вене. В сборнике на нижненемецком диалекте «Ut onsem Leewe» («Из нашей жизни», 2009) было напечатано 4 рассказа из его детства. Потом мы встречались с Генрихом регулярно на литературных семинарах Лито в Oerlinghausen – Оерлингхаузене. Генрих Ран - очень добрый, внимательный человек, приятный собеседник, имеет чувство юмора, много читает, почти всегда положительно отзывается о творчестве соратников по перу, подбадривает. Мы с ним перезваниваемся много лет, обмениваемся книгами».

Выйдя на пенсию в 2001-ом году, Генрих Ран активно занялся любимым писательским трудом. Итогом стали три романа, изданные на немецком языке в издательстве Geest-Verlag: «Der Jukagire/Юкагир» (2008), «Aufzug Süd-Nord/Лифт Юг-Север» (2011), «Die Birkeninsel/Берёзовый Остров» (2018). Мало кому из российских авторов удалось издать в Германии три романа, да ещё в крупном немецком издательстве.

Тема российских немцев стала отправной точкой этих произведений, неповторимых по содержанию. На себе он испытал тяжесть судьбы этого народа, поэтому правдиво и искренне рассказывает об этом людям. От названий книг веет удивительным духом соединения мотивов русского фольклора и немецких легенд и сказаний, прочувствованных в годы проживания среди тайги на севере Костромской области. «Сказочная фантастика» – так называют произведения Генриха Рана, а самого его – добрым волшебником, сохранившим в творчестве детское воображение и веру в сказку. «Поэтичность слога писателя трогает за живое. Читая его книги, становишься добрее», – читаю в комментариях его читателей на портале российских писателей Проза.ру.

Моя встреча с Г. Ран произошла в Нюрнберге в 2017-ом году на литературном симпозиуме «Feder-Kuli-Tastatur III», организованном баварской группой Землячества немцев из России. В то время, как и сейчас, он мне казался величиной недосягаемой. Говорят, автор считается писателем, когда о нём знают даже те, кто его не читал. Сознаюсь, о Генрихе Ране я услышала до того, как прочитала его книги.

А тогда, на симпозиуме, я сразу обратила на него внимание. Он поощрительно улыбался мне, помогая справиться с неуверенностью в незнакомой обстановке. Во время короткого перерыва подсела к нему. Генрих Ран заинтересовался моими «Записками медсестры», немного рассказал о себе, обменялись книгами. Душой откликнулась на его откровение о том, что он думает на двух языках. Это характерно для немцев из России. Его слова: «Мы всегда там были немцами», – заставили меня несколько по-иному взглянуть на свою судьбу и, наконец, осознать, что это не беда была родиться не на родине предков, а предназначение – выполнять миссию народа, оказавшегося без родины, унесённого ветром истории с насиженных мест.

Спокойствие Генриха Рана согревало меня теплом понимания. Своим внимательным доверительным взглядом напомнил мне отца. Тогда я не поняла причину внутреннего притяжения к нему, а теперь знаю: мы с ним – из одного рода-племени. Предки Генриха Рана, как и мои, – немцы-меннониты по вероисповеданию, переселившиеся на Украину после Указа царицы Екатерины Второй 1762-го года. Они переехали туда из Восточной Пруссии в конце 19-го – начале 20-го века и проживали там в созданной ими немецкой колонии Молочная, расположенной в ста километрах от немецкой колонии Хортица. Кто знает, может, мы с Генрихом состоим и в более близком родстве в каком-нибудь поколении. Ведь все российские немцы, как принято нас сейчас называть, из одного прошлого.

Вернувшись домой с симпозиума, я на одном дыхании прочитала книгу Генриха Рана «Aufzug Süd-Nord», написанную в жанре магического реализма, прониклась его фантастическим сюжетом, в который органично вплелись реальные образы знакомых ему людей. Отец главного героя – российский немец. Мать – из рода кочевого племени юкагиров. Они расстреляны, как враги народа. Этот факт влияет на судьбу их сына, будоражит сознание. Читать эту книгу равнодушно – невозможно.

Последний роман Генриха Рана «Birkeninsel» лежит передо мной на столе. Вновь и вновь перечитываю его страницы, погружаясь в мысли главного героя Рене, глазами и чувствами которого автор описывает события на пути следования его семьи через Украину в Сибирь, а затем в казахстанские степи, рассказывает о годах проживания там и о многом другом. Часто вспоминаю слова писателя о том, что мы – "путники в этой жизни. Иногда кажется всё понимаем, потом снова – нет". Мне, как и писателю, жизнь кажется спектаклем, который бесконечен во времени и пространстве, и он никогда не кончается.

Так думает и Рене – главный герой романа «Birkeninsel». Писатель наделяет его необычной способностью разговаривать с деревьями, вслушиваться в перешёптывание листвы. Вместе с Рене он, а вместе с ним и мы, совершаем путешествие по Берёзовому острову, знакомимся с его обитателями и, прежде всего, с котом Мурзиком, которого Рене считает своим лучшим другом. Слушаем истории кота, сопереживаем их персонажам. Мурзик – первый контакт Рене с мистикой и, по мнению мальчика, он, вероятно, тоже обладает невероятными способностями слышать и понимать других, ведь «его рассказов хватило бы на семь жизней».

Вслушиваясь в шорох берёзовой листвы, узнаём историю встречи Марии с Робертом, бежавшим из Гулага, который ничего не смыслил в политике, но был политическим заключённым. Те, кто его арестовали, пришли когда-то и за отцом, который к тому времени ещё не вернулся домой. Из разговора Марии с Робертом выясняется, что судьбы их схожи. Семьи обоих прибыли на этот Берёзовый остров из Германии, проездом через Украину в Сибирь. Только здесь они смогли обрести относительный покой. Остров стал хранителем тайны двоих и местом их встреч, а берёза, под которой они встречались, – свидетелем их любви.

Таких историй в книге много. Когда Рене однажды прервал берёзу словами: «Я хотел бы тогда там быть, и всё увидеть своими глазами», – она ответила ему: «Ты это тоже можешь. Ты и я – единое целое. Я даю тебе возможность быть участником мною познанного». И вот уже мальчик в снах, как в реальности, видит происходящее вокруг через восприятие берёзы. Он наблюдает за действиями старшего брата Вилли, испытывает его чувства от встречи с несуществующим медведем и с комендантом, который следит за ссыльными немцами, находящимися на поселении и под спецкомендатурой. Рене, преодолевая пространство и время, наблюдает за другими событиями из жизни брата, потом – Галины Кругловой, приехавшей в их места с заданием по описанию русла реки и составлению карты местности. Так автор шаг за шагом вкрапливает моменты повседневной жизни своих соотечественников в ткань повествования, создавая атмосферу прошлого, никогда не забываемого им самим.

Из повествования Рене мы узнаём об отношении знакомых и близких ему людей к смерти Сталина и о том, что понадобились годы для снятия клейма фашистов с народа немецкого происхождения. Генрих Ран рассказывает в романе о возвращении отца Рене в семью, о переезде семьи в 1957-ом году в Казахстан, о школьных друзьях и первой своей влюблённости. Шаг за шагом писатель открывает читателю новые страницы своей дальнейшей жизни, повествуя о практических уроках, полученных им во время учёбы в старших классах и будучи студентом...

В течение всей жизни Генрих Ран, как и его герои, находится в поиске ответов на вопросы: что происходит на самом деле в мире? В чём смысл жизни каждого? А я, как читатель, пытаюсь проникнуть в души его героев, чтобы понять, сумел ли писатель ответить на эти важные вопросы бытия, которые мучают меня всю жизнь.

Произведения Генриха Рана стали моими настольными книгами. А его слова: «Мы всегда были немцами», – воспринимаются сегодня, как напутствие старшего друга рассказывать людям правду о нашем народе, его нелёгкой судьбе.

Кенцинген

 

 

 

 

↑ 339