Приправа (30.01.2017)


(быль)

 

Мартин Тильманн

 

Прошло немало времени с тех пор, как мы с соседом Степаном переселились на берега Рейна. Он из многострадального, сотрясаемого от взрывов атомных бомб Семипалатинска, я из «Небесных гор» Кыргызстана.

Вообще-то, Степана при рождении нарекли красивым немецким именем Теобальд, но в тех местах, куда его из Одесской области выселили, не смогли без ошибок произнести это имя, и его нареклиего Степаном. Это имя так «прилипло» к нему, что теперь некоторые его земляки никак не могут привыкнуть к настоящему имени. В рассказе он остался Степаном.

Живем мы здесь в комфортабельных квартирах с видом на Рейн. О таких квартирах мы там и мечтать не смели, но отсутствие подсобного хозяйства, куда можно было бы приложить истосковавшиеся по земле руки, заставляло нас часто вздыхать при виде работающих на своих огородах местных землевладельцев.

Мечта о своем маленьком, пусть даже в одну или полсотки, огороде приводила нас ко всевозможным, мягко говоря, фантастическим идеям. Почему бы, к примеру, при закладке новых домов не проектировать так, чтобы каждый жилец мог на крыше разбить маленький сад или огород. Насколько был бы чище воздух в городе!? Представьте себе, люди добрые, вы летите в самолете над каким-нибудь городом и видите под собой только колокольни, сады и огороды... А ведь такие сады-крыши были бы, возможно, даже дешевле обычных. Как знать, ведь никто их не строил?

И вот от тоски по любимому огороду мы со Степаном часто прогуливались по живописным берегам Рейна в окрестностях Бонна в поисках знакомых с детства огородных растений. И, представьте себе, находили «старых знакомых», которые, как близнецы-братья были похожи на «наши». Так мы натыкались на перистый лук, листочки щавеля и варили из них густые зеленые щи. Добавляя туда густую сметану и мелко нарезанные вкрутую сваренные яйца, мы со Степаном так полюбили эти исследования рейнского побережья, что уже не мыслили своей жизни без них.

Однажды весной, прогуливаясь в очередной раз, мы наткнулись на молоденькие светло-зеленые, только-только выглянувшие из-под земли листочки хрена. У нас широко открылись глаза, мы сразу представили себе соленые хрустящие огурчики с хреном и известную всем приправу: тертую смесь помидоров с корнями хрена. Эта острая приправа подается обычно к пельменям, холодцу и другим мясным блюдам. От вкусовых ощущений у нас со Степаном слюнки потекли... Но у нас весна на дворе, а копать корни хрена можно только осенью, так что пришлось довольствоваться мечтой о будущем.

Посещая «свой огород», мы наблюдали, как хрен набирал силу. И вот наступил ответственный и торжественный момент, когда хрен можно копать... Поскольку лопат у нас не было, мы взяли два огромных ножа, зачем-то привезенных «оттуда», будто тут ножей нет, и пошли к «своему огороду». Корни уходили далеко вглубь, приходилось ножами и руками откапывать глубокие ямы, чтобы добраться до них. У каждого из нас была сумка, которую мы почему-то упорно хотели наполнить. Мы ползали на четвереньках, углубляясь, как кроты, в землю и ничего не видели вокруг...

А вокруг нас шла обычная жизнь: по Рейну шли корабли и баржи, тренировались спортсмены на байдарках и проплывал полицейский катер, неся ответственную речную службу. И вдруг с катера заметили, как две необычные фигуры усердно что-то откапывали и закапывали... Полицейские, возможно, подумали, что кто-то нашел клад, а он, как известно, принадлежит государству или, возможно, закапывают труп или какое-то взрывное устройство...

Возле «нашего огорода» причала не было, и катер не мог пристать, чтобы проверить свои предположения. Тогда на катере связались с центральным полицейским управлением, сообщили о необычном усердии двух «кротов» и зафиксировали их на видео.

Тем временем мы продолжали свою бурную деятельность, которая длилась около двух часов. Когда сумки были наполнены, постарались тщательно скрыть следы своей деятельности - мы засыпали оставшиеся ямы, чтобы проходящие люди, случайно наступившие туда, не сломали ноги. Мы втайне сомневались в законности своих действий, но, что по нашей вине недопустимо ломать ноги, знали точно...

Когда с уборкой участка было закончено, мы, довольные, пошли домой. И уже приближались к повороту нашей тропинки, собираясь покинуть побережье, как вдруг возле нас остановился полицейский «Мерседес». Мы были удивлены и решили, что, наверное, кто-то где-то сбежал... Из автомобиля вышел очень симпатичный молодой полицейский и стал к нам приближаться. Мы остановились, решив, что он хочет что-то спросить и нужна наша помощь.

- Вы кого-то потеряли или ищете? – спросили мы.

- Да, вас!

- Нас? Вы уверены? Разве нас кто-то потерял?

- Что у Вас в сумках? – спросил молодой полицейский, оставив наш вопрос без ответа.

- Хрен!? – ответили мы утвердительно с вопросительной интонацией.

Полицейский посмотрел в сумку, взял кусочек хрена, понюхал, откусил кусочек...

- Осторожно, он горький! – предупредили мы.

- Знаю...

Пока мы беседовали с молодым полицейским, второй, постарше, который сидел за рулем, что-то кому-то передавал по телефону. И только тут мы заметили полицейский катер, стоящий ближе к середине реки.

- А что, разве нельзя хрен копать? – задали мы очередной вопрос.

Полицейский пожал плечами. Его неуверенность успокоила нас, все-таки неприятно чувствовать себя под надзором полиции.

- Не знаю, вроде бы официального запрета нет. Во всяком случае, я в своем перечне запретов не находил такого вида «деятельности». Возможно, никто не предполагал, что кто-то станет на берегу Рейна копать хрен, когда его можно купить во всех магазинах... А что Вы с ним делать будете? – спросил молодой полицейский.

Мы рассказали, что собираемся делать, расхваливая при этом вкусную острую приправу.

- Да что рассказывать, пойдемте лучше с нами, мы рядом живем, через двадцать минут Вы сами убедитесь, как вкусно, пальчики оближете! – предложили мы с чисто казахско-кыргызским гостеприимством...

- Ну нет, мы верим Вам на слово. – сказал молодой, улыбаясь. – А зачем Вам так много хрена?

- Этого мы и сами не знаем. Мы были так увлечены копанием, что не заметили, что его уже так много. Однако, у нас есть много знакомых, которые с благодарностью заберут у нас лишний.

Полицейский посмотрел на нас с улыбкой, отдал нам со Степаном честь, и они отбыли в своем «Мерседесе» по своим полицейским делам. Некоторое время мы смотрели им вслед, перебирая в памяти перипетии этой встречи...

- Знаешь, что мне больше всего понравилось в этом молодом полицейском? – спросил Степан. - Он говорил точно на таком же диалекте, как говорили у нас в Одесской области... Странно, однако, Одесса так далека, а в Бонне разговаривают, как в Одессе.

Это полицейское расследование в отчетах прошло под кодовым названием «Операция хрен».

С тех пор, когда мы угощаемся солеными огурчиками или едим мясные блюда с приправой, мы вспоминаем нашу, вначале тревожную, а затем веселую встречу с полицейскими на живописном берегу Рейна...

1997



↑  512