Сноготок и Гулливер (30.10.2016)


(эссе на тему воспитания)

 

Антонина Шнайдер-Стремякова

 

 

К эскалатору приближался Гулливер. Он держал за руку Сноготка, что был сосредоточен на себе и пытался шагать в ногу... Если это удавалось, Сноготок, сияя, вскидывал с живостью глаза: „Я сумел, Па!“ – и тут же падал. Отцова ладонь вздёргивала его, и он криво повисал в воздухе. Обретя опору, Сноготок деловито принимался за старое – подстраивался…

Он упал перед самой ступенькой эскалатора – его тут же вздёрнули. Лесенка обещала отдых, но отцу вздумалось дать покой правой ноге не рядом с левой, а через ступеньку. Сыну захотелось сделать то же – не хватало длины ноги.

Сноготок вопросительно поднял глаза на отца: «Что делать?» Гулливер страусино взирал по сторонам.

И тогда Сноготок принял первое в жизни самостоятельное решение: вскарабкался на ступеньку выше, выпрямился, поднял ногу – ну, конечно же, правую! – и примостил её рядом со взрослой. Сравнил… Отцова смотрелась солидно – его не очень. Сын сквасился: «Не дело!..» Оно вынуждало на второе самостоятельное решение – поставить кроссовок вровень с отцовым. Вот так!.. Сноготок улыбнулся и в ожидании похвалы гордо вскинул голову: «Па, я молодец – я сумел!»

Гулливер взирал по сторонам...

Сноготок не расстроился: эскалатор длинный, двигаться долго, времени наслаждаться собственной сообразительностью много – этим и занимался!.. А если быть совсем уж честным, собой любовался…

Последняя ступенька сплющилась. Оба шагнули в зал. Одновременно. Папа согнул страусиную шею – взглянул на сына…

C живостью глаза cын не вскинул – с равнодушной настойчивостью печатал шажки, пытаясь шагать в ногу...

Октябрь 2016

 



↑  636