Канун Рождества и – кошелёк (30.12.2015)


 

Рассказ

 

Антонина Шнайдер Стремякова

 

 

Беременеет верба… Почки набухают, несмотря на 20-е декабря.

Заканчиваются Адвенты. Город живёт в предрождественской и предновогодней суете. В магазинах красочно упаковывают подарки. Инна тоже приготовит подарок – букет из жёлто-белых хризантем. Таким букетом на 1 января радует она больную соседку в День её рождения – вот уже десять лет.

Нет, Инна подарка не ждёт: у неё никого нет.

В СССР начала 90-х закрыли её детдом – целую неделю ей жить тогда пришлось на воде. В документах значилось, что она немка. Люди подсказали: «Тебе в Германию уехать можно». И она уехала. Теперь работает в фирме для престарелых. Снимает квартиру. Всё у неё тип-топ: еда, одежда, обувь. Балует себя цветами, но в большие праздники бывает тоскливо и одиноко. В такие дни Инна выходит из дома и отправляется бродить по городу – любит наблюдать за людьми. Они разные – весёлые, грустные, общительные, амбициозные, внимательные, равнодушные. Случается, она затевает разговоры под предлогом, что не знает, как пройти на ту или иную улицу.

На просьбу помочь найти улицу люди реагируют по-разному: одни объясняют сухо; другие машут рукой: ступай, мол, – дальше спросишь. Бывает и так, что начинают рассказывать о себе, и тогда Инне кажется, что она царь и Бог: таких забот, какие у других, у неё нет.

Однажды полная дама навязалась проводить её через перекрёсток, чтобы Инна, не дай Бог, не запуталась: «На перекрёстке легко запутаться». Круглая дама, похожая на блин, рассказывала, что три дня отдыхала у любовника – варила, убирала, стирала. Глядя на неё, Инна подумала, что любовник, наверное, – такой же «блин». Как ни странно, у женщины оказался сын-студент. Теперь она всю неделю будет варить и убираться у него.

Поблагодарив незнакомку, Инна велела идти ей своей дорогой, но та, продолжая рассказывать о себе, довела её до остановки, чтобы («не дай Бог!» – воскликнула она в третий раз) Инна не заблудилась. И затем стояла-махала вслед автобусу, как давней знакомой. Инна проехала остановку и вышла с ощущением присутствия той женщины.

Стройная и молодая, она шла по улице, следя за снующими туда-сюда людьми. Свернула в небольшой парк с низкорослыми деревьями. Прошлась по дорожкам. Надвигались сумерки, и вдруг, словно споткнулась, – остановилась, изумлённая. Небо сужалось в огромный, двухцветный куполообразный дом. К ярко-синей от горизонта стене, будто её покрасили персидской синью, приставили бледно-голубой, лазуревый свод. Однако в плену этого круглого ярко-синего храма с бледно-голубым куполом она была недолго: чёрная кисть Малевича закрашивала всё очень быстро.

Домой идти не хотелось.

Вспомнив, что надо купить молока и хлеба, Инна направилась в супер-маркет. У самой кассы её взгляд упал на соседний прилавок. На нём лежал чёрный старый маленький кошелёк. Она с любопытством оглянулась, но интерес к кошельку никто, похоже, не проявлял. Затолкав молоко и хлеб в мешочек, Инна подошла к пустой соседней кассе. Взяла кошелёк, раскрыла, вынула паспорт. С фотографии смотрел мужчина с негустой бородкой, в очках. Вернув кошельку банковскую и страховую карту, ключи, железные жетоны, деньги (69 евро и 3 цента), она с паспортом в руках стала выглядывать мужчину, не сомневаясь, что он обнаружит пропажу и придёт.

Заканчивался рабочий день – время, предшествовавшее празднику Рождества. Радуясь, что вернёт мужчине счастливое, праздничное состояние, Инна и сама пребывала в этом состоянии.

Молодая круглолицая продавщица работала, как фокусница. Открывая и закрывая ящик с деньгами, девушка орудовала так, будто руки были педалью, что приводили в движение колёса со спицами – пальцами. При расставании с покупателями кассирша успевала желать им ещё и «рождественского настроения». Как она успевала делать всё одновременно, оставалось для Инны загадкой.

Прошло немало времени. Инна устала и решила доверить кошелёк этой доброй, как ей казалось, круглолицей девушке. Она подошла, извинилась и сказала, что просит принять старый маленький чёрный кошелёк, который забыли у соседней кассы.

- Он принадлежит мужчине в очках, его легко найти по паспорту в кошельке. Я проверила.

Продавщица вначале взметнула бровями, затем равнодушно приняла кошелёк, небрежно швырнула его в ящик, захлопнула крышку и продолжила своё дело.

Инна направилась к выходу, мучаясь, что поступила, быть может, неправильно: «А если продавщица присвоит деньги? И не сообщит в полицию? Тогда у мужчины не случится Рождества...»

Столкнувшись недалеко от выхода с высоким охранником в форменной синей рубашке, она извинилась и спросила, правильно ли поступила, что отдала кошелёк продавщице соседней кассы.

- Кошелёк? Продавщице? Какой кассы? – удивился охранник.

- Пойдёмте, покажу.

Они повернули назад, к кассе. По дороге охранник объяснял, что на четвёртом этаже находится бюро находок, и в другой раз посоветовал обратиться туда.

Инна ещё издали заметила, что на кассе работает другая девушка. На вопрос охранника о кошельке сменщица сказала, что ничего не знает. В это время к пустой кассе подошёл растерянный, с большой сумкой мужчина с фотографии в паспорте. Он водил рукой по прилавку, точно ощупывал его.

- А вот и мужчина! – обрадовалась Инна. – Его кошелёк у кассирши!

- В нём ключи от квартиры, деньги и жетоны, – сообщил извиняющимся голосом мужчина.

- Да, ключи, деньги и жетоны. Я проверяла.

- Но та кассирша уже ушла, – сказала девица.

- Не может быть! Она не могла уйти за такое короткое время! – запротестовала Инна.

- Ничего не знаю, – стояла на своём сменщица.

- Откройте вон тот ящик, кошелёк должен быть там.

Собиралась толпа. Всем хотелось знать, что случилось.

- Да Вы откройте ящик! – обратилась Инна к охраннику.

- Не имею права!

- Тогда давайте открою я, – предложила она, и в это время в глубине торгового зала мелькнуло лицо круглолицей.

- В торговом зале расхаживает кассирша, которой я отдала кошелёк. Пусть подойдёт и откроет ящик, – потребовала Инна.

- А что за кошелёк? – спросил охранник.

- Старый, маленький, чёрный.

- Да, старый, маленький и чёрный,– повторил владелец кошелька.

- А денег сколько?

- 69 евро 3 цента, – сообщила Инна.

Владелец кошелька улыбнулся и добавил, что точную сумму назвать не может, но из бумажных денег в нём только десятки.

- Верно! Бумажные десятки и мелочь. Я считала.

Народ улыбался…

Тут подошла круглолицая, вынула из своего кармана кошелёк и со словами: «Хотела отнести в бюро находок» – принялась считать деньги. Всё сходилось: бумажные десятки и сумма в 69 евро 3 цента. Как только охранник принял кошелёк, чтобы вручить его хозяину, Инна повернулась и ушла.

Отошла несколько шагов и почувствовала, что на плечо легла рука. Поблагодарив её, владелец кошелька пояснил, что торопился к больной матери - приехал из другого конца города.

- А вы тоже далеко живёте?

- Нет, в пяти минутах ходьбы.

- Можно тогда вас проводить?

Инна согласилась. Оказалось, мать жила в том же доме, что и Инна, но в соседнем подъезде.

Через год, после рождения первенца, Инна подарила мужу кошелёк на Рождество; старый, однако, не выбрасывали – хранили, как талисман. Когда гости, вспоминая их знакомство, ссылались на новогодние праздники, что являются символом счастья и чуда, Инна отшучивалась:

Для вас, друзья, символ чудо-праздника –

Рождество и Новый год.

Для нас это потрёпанный и старый

Чёрный кошелёк.

16.12.2015



↑  1023