Дикобраз (28.02.2018)


 

М. Тильман

 

В Кыргызстане стояло великолепное лето. В тот год нам с женой удалось одновременно получить отпуск. Мы хотели провести его вместе с детьми где-нибудь в горах в палаточном лагере. Оставалось еще три дня до начала отпуска. В саду цвели розы, зрели абрикосы и малина, распространяя вокруг изумительный аромат. Как-то утром жена обнаружила надкусанные помидоры, а вечером заметила в малиннике какое-то существо, похожее на индюка...

- Индюки в это время спят, - заметил я, - кроме того, в сумерках все выглядит несколько иначе, чем днем...

Утром я обследовал малинник, но ничего подозрительного не обнаружил. Для внутриквартального орошения через наш приусадебный участок были проложены трубы, но в данный момент в них не было воды. Я предположил, что «пришелец», возможно, отсыпается там днем. Заглянув туда, я увидел посреди длинной трубы, как мне показалось, два изумрудных глаза. Один конец трубы я заткнул ветошью, а на другой накинул в качестве сети гамак, в надежде, что зверь ночью запутается в нем.

Около четырех часов утра, когда дрозды приступили к своей утренней перекличке, послышался какой-то шум. Взяв фонарик, я отправился осматривать место происшествия. В гамаке запутался довольно крупный дикобраз. Что случилось далее? Я открыл подвал, где из-под картофеля была пустая клеть, сбитая из довольно толстых досок. Взяв дикобраза вместе с гамаком, спустился в подвал и поместил его в клеть. Гамак пришлось разрезать, иначе невозможно было высвободить дикобраза. Куда теперь с ним? Не мог же я его оставить там на время нашего отпуска.

Утром я отправился в зоомагазин и предложил свою находку:

- У меня дома поселился дикобраз, а я собираюсь в отпуск. Не могу ли я временно поселить его у вас? – спросил я скромно.

- Дикобраз? Нет, ни в коем случае. Это такой ужасный грызун, что все наши клетки прогрызет! – ответил заведующий.

- Куда же мне его девать? – поинтересовался я.

- В городе есть «Дом юных натуралистов», возможно, там им заинтересуются. Только учтите: клетка и пол должны быть металлическими, иначе все прогрызет! – напутствовал он. – Да, кстати, он стоит двадцать рублей! – прокричал он мне вслед.

Я пошел к директору указанного дома и нашел его на втором этаже, там же был размещен «живой уголок». Директор удивленно взглянул на меня, ибо привык видеть возле себя детей. Узнав, в чем дело, поинтересовался:

- А откуда у Вас такой зверь? Его нет даже в зоомагазине! – удивился директор.

- Верно, нет, поскольку его там не желают иметь. Он ко мне сам прибежал, и теперь мне нужно его куда-то устроить, поскольку уезжаю в отпуск, – завершил я разговор.

- Да, да, конечно, он мог бы нам пригодиться. Такого зверя у нас еще не было! – заметил он. Директор подтвердил, что у них есть соответствующая клетка, и мы пошли ее осмотреть. Клетка была большой, однако пол был деревянным.

- На пол следует положить металлический лист, иначе он прогрызет пол и перекрытие! – заметил я.

- Все сделаем! - пообещал он и крикнул в соседний кабинет: Наталья Петровна! Этот товарищ предлагает нам дикобраза. Прошу Вас, возьмите такси и привезите, пожалуйста, его сюда!

- Но, товарищ директор, это работа не для женщин. Посмотрите на мои руки – это следы дикобраза, – возразил я.

- Вы, возможно, правы, но у меня нет мужчин! – посетовал директор.

Директор забыл, видимо, в этот момент, что он все же какой ни есть, а мужчина.

Итак, Наталья Петровна, молодая миловидная учительница, вызвала такси, и мы поехали за дикобразом. Её мы оставили в машине, а с таксистом, взяв мешок, отправились в подвал. Дикобраз прогрыз уже 50-миллиметровую доску клети и высовывал через дыру голову. Мы с трудом просунули его голову назад, ибо мешали иглы, и не без труда затолкали его в мешок. Водитель громко возмущался поведением директора «Дома юных натуралистов», который послал женщину за зверем и теперь ему, таксисту, приходится делать эту неприятную работу. Дикобраз, сопротивляясь, исцарапал и исколол руки таксисту, а ему еще целый день работать... Наконец-то зверек был в мешке и водворен в багажник. Я поблагодарил таксиста за помощь, а Наталью Петровну за избавление меня от симпатичного и довольно крупного дикобраза. На прощанье она пригласила меня после отпуска навестить его.

На следующее утро я нанял на своей работе грузовую машину, погрузил в нее все необходимое, и мы отправились в отпуск на природу. Три недели палаточной жизни пролетели быстро. Лагерь, однако, пришлось свернуть, закопать все отбросы и ненужные вещи и отправиться вниз к дороге, где нас уже ждал водитель.

Дома вспомнил приглашение Натальи Петровны. У меня было ещё три дня отпуска, и на следующее утро я отправился на свидание к дикобразу. Наталья Петровна встретила меня радушно, но скорбно сообщила, что дикобраз не весел. Он лежал тихо в углу клетки и, когда мы подошли, взъерошил иглы и зло посмотрел на меня, вспомнив, очевидно, кем он был сюда определен. В его взгляде было что-то осуждающее. Он будто хотел сказать: «У вас в саду было так хорошо и ел-то я совсем немного. Зачем ты посадил меня в эту клетку? Я бы к зиме сам из твоего сада ушел!»

- Он почти ничего не ест и страшно боится детей, когда они, громко разговаривая, подходят к клетке. Ночью грызет клетку и пытается уйти! – сообщила Наталья Петровна.

- Может быть, нам отпустить его на волю? – спросил я неуверенно.

- Я уже давно думаю об этом, но не знаю, где дикобразы проживают, и не хотела без Вашего согласия, он все-таки Ваш, Вы же за него деньги не взяли, - рассуждала она. – Кроме того, нужно еще поговорить с директором.

Мы прошли в кабинет директора и уговорили его отпустить пленника на волю. Затем мы с Натальей Петровной нашли в библиотеке книгу о дикобразах и выяснили, что они обитают в горах, в двадцати километрах от нашего города. На следующее утро я пошел к директору института, в котором тогда работал, рассказал ему историю дикобраза и просил дать машину, чтобы отвезти зверя в горы. Директор посмотрел на меня с удивлением, мол, других забот нет? Однако служебную машину дал. Мы с Натальей Петровной посадили зверька в маленькую клетку и поставили ее в багажник машины. Мы взяли еще двух юннатов и поехали в горы. Перед отъездом Наталья Петровна сфотографировала дикобраза, окруженного детьми, как свидетельство того, что он когда-то обитал среди них.

На месте мы осторожно вытащили клетку и поставили ее возле зарослей кустарника. Наталья Петровна приготовила фотоаппарат, чтобы сделать последний снимок, и дети открыли клетку. Водитель стоял в стороне и заинтересованно наблюдал за нами. Дикобраз осторожно высунул нос, обнюхал местность возле клетки и только после этого вышел. Он постоял, огляделся вокруг и, ни разу не оглянувшись, засеменил к кустам. Наталья Петровна поспешно сделала несколько снимков, дети восторженно наблюдали момент освобождения пленника. У маленькой девочки сверкали от восхищения глаза. Затем мы поздравили друг друга с выполненным заданием и уехали домой. Всегда приятно делать что-то хорошее для живой и неживой природы. Нам это удалось удалось. Поневоле вспомнились слова А. С. Пушкина:

Я стал доступен утешенью;

За что на Бога мне роптать,

Когда хоть одному творенью

Я мог свободу даровать!

(птичка)

1999

 

 



↑  202