Ё-моё или Заметки о жизни ершей - 1 часть (31.01.2018)


Владимир Штеле

 

1. Господь каждую мелочь продумал

С ершами возиться – это самое противное дело. Они сопливые. А сопли выделяются по всему ершиному телу, когда стресс. Ну, а если тебе стальной крючок в верхнюю губу вогнали и тянут рывками из глубины, то появляется самый сильный стресс, по-простому – переживание на почве страха, который победить сложно. А как страх победить, если ты на крючке болтаешься, как хвостом не мотать, как сопли не выпускать по всему телу? К такой ситуации привыкнуть нельзя.

Кроме того, у нас, в Сибири, эти стальные крючки появились только сто лет назад, а ерши водятся в наших речках уже два с половиной миллиарда триста пятьдесят миллионов восемьсот тысяч лет. Это почти вечность. Даже представить трудно такой хронометраж. Ерши поэтому не успели ещё привыкнуть к своему новому положению, и каждый раз для них стальной крючок – новость, грубая неожиданность. От этого и сопли, и нервное трепыхание. Они бы и орали, если бы могли, и на помощь бы звали, но голосовые связки им природа узелками завязала и к жабрам намертво приварила, чтобы шума под водой меньше было, хватит того, что в небе творится, когда птичьи стаи налетают. Продумано всё.

Попы говорят – это Господь каждую мелочь продумал. Возможно и так. Хотя учёные считают, что у ерша мозгов хватает эволюционировать и приспосабливаться к обстановке без божьей помощи. Он даже может выйти на берег, может себе ноги отрастить и бегать за бабочками по траве, а постепенно может научиться и по деревьям лазить, только для этого надо хороший стимул.

Всё может быть. Но последние сто лет ерши остаются сопливыми и не меняются, хотя мы уже почти всех ершей переловили, и много негативного опыта им передали.

Относительно эволюции, которая по-простому развитием называется, у меня лично большие сомнения есть. Нет, насчёт ершей я не сомневаюсь – они смогут и бегать, и лазить, но люди наши поселковские никогда не изменятся. Я тоже поселковский и в любой эмиграции поселковским останусь. Это не от упрямства дурного, это от устройства нашего внутреннего происходит, вернее, ничего из-за этого не происходит.

Вот народ мы такой - неизменный, а в советские паспорта чего нам только не вписывали – и татарин, и чуваш, и поляк, и немец, и ещё чёрте что, выбор-то был огромный: двести пятьдесят национальностей. Только зарубежные национальности, типа француз, лихтенштейновец или англо-саксонец выбирать было нельзя, теперь – пожалуйста, если у тебя внутренний позыв есть, если ты себя нетрадиционно на какого-нибудь гондурасовца сориентировал, то им и станешь. А мы, старое поколение, уж как-нибудь доживём по-старому, мы ориентацию менять не можем и не хотим. Мы - поселковские.

2. Слабое звено в нашей жизни

Раньше, сто или двести лет назад, когда ершей было полным-полно, их и ловили по-другому, используя гуманные методы. Этим промыслом занимались только взрослые мужики в свободное от производства время и называли они этот промысел «хобби». В то время руки мужиков ещё не воняли мылом или одеколоном и были большими, как штыковые лопаты. Ладони были покрыты такими многослойными мозолями, что бедные гадалки-цыганки в недоумении раскрывали рты и не могли сосредоточиться на линиях судьбы, поэтому правильно обещали всем одно и то же: счастливую невыездную жизнь в деревне до последнего вдоха-выдоха.

Мужики кланялись в пояс за такие хорошие прогнозы и позволяли цыганам украсть пару-тройку лошадей из огромного табуна. А если бы какая дура нагадала переезд в Санкт-Петербург или, не дай Бог, за границу в Баден-Баден, то гнали бы этих цыган до Маньчжурии или на месте кнутами бы забили.

В ту пору сибиряки баловства не любили и реагировали на провокации принципиально. Хотя и тогда уже были в деревне дуры, которые любопытничали, перешёптывались по поводу прогресса в области кройки и шитья и теоретически интересовались курортным развратом и другими неодобрительными поступками.

Нет, бабы – это слабое звено в нашей жизни. Тогда ещё удерживали их в борозде, а потом, когда стальные крючки на ершей появились, – пошло-поехало. Вот почему столько стало разведёнок по городам и весям? А потому, что бабы власть взяли. И что характерно: она разводится, а он всегда виноват. А если он всегда виноват, то эта безысходность только к пьянке подталкивает.

Не стало хранительницы очага. Эта бывшая хранительница готова хранить любые материальные ценности, только не очаг. Мужик, как мечтал, так и мечтает иметь рядом скромную работящую женщину, которая будет хорошей матерью для совместных детей, а что ему современность подсовывает? - чертовок в обличье женском. Попробуй с ней и в горе, и радости вместе быть, если она только радоваться хочет, а для этого денег немеряно надо. Кто мужиков к воровству, коррупции, обману и подлости подталкивает? Они, любимые. А кто потом за воровство, коррупцию, обман расплачивается? Все, кроме жён и любовниц. Хотя могут всплакнуть на суде: там же, как в театре, – есть зритель.

Нет такой бабы, которая не видела бы, не знала бы, что муж взятки берёт или другим обманом обеспечивает семье комфортное и сверхкомфортное существование. А ему-то самому много и не надо. Много надо подруге жизни. Если не обеспечил комфорт, то жди укоров, скандалов, развода. Хорошо, если бы наоборот было: заметила супружница что-то неладное, появилось подозрение, что муженёк воровским бизнесом занимается, - жди укоров, скандалов, развода. Вывод: свобода не сделала женщину лучше, более того, не улучшила её жизнь, не улучшила жизнь детей.

От женщины должна чистота и совестливость исходить, а не жадность и похотливость. Стоит исчезнуть в обществе скромным женщинам, стоит превратить в пример для подражания жизнь звёздной стервы, как это общество быстро теряет человеческое лицо. А мы уже давно выращиваем активисток, которые на собрании любой партии перекричат любого мужика и этим гордиться будут. Ой, дуры.

Дошло уже до того, что женщине не нужны дети. Нет, она не против их иметь, но только после достижения определённого материального статуса, то есть как приложение к статусу. Знаем мы эти статусы и оклады наши знаем. Судя по всему, большинство семей до этого статуса не дотягивает. Дети не заводятся, но в сиротских домах детишек полно, а тёплые пляжи экзотических стран переполнены хохотушками из России. Да бог с вами, купайтесь на здоровье, но возьмите хотя бы по одному ребёнку из сиротского дома на время отпуска, чтобы они сухой кашей всё лето не давились в каком-нибудь Сыктывкаре.

И это – взять или не взять – от женщины зависит. И это – сироты по всей стране – от женщины зависит. Увидит мужик доброту вашу – любить и жалеть будет. Именно - доброту душевную, а не киношные лобызания в койке. В технике любви вы все уже мастерицы, если легко вытеснили из западноевропейских борделей местный персонал, который два раза в год обязательно посещает курсы повышения квалификации, как рекомендовано германским министерством по здоровому образу жизни.

Не ракеты трансконтинентальные, не нобелевские премии, а бабы могли бы поднять на недосягаемую высоту честь России, если бы полетело по миру: русские женщины не продаются, русские женщины не обманывают, русские женщины детей не бросают! Тогда бы, уверен, и мужики бы не отстали, и полетело бы по свету: русские мужики отказались от пьянства, русские мужики лучшие труженики, русские мужики не воруют и мордобоем не занимаются! Но полетело и летит по миру, по свету совсем другое. А если это «другое» летит, то и слышать всем смешно про великий народ богоносец, про святую Русь и прочие причитания.

3. Как сделать землетрясение

Когда ёрш вылетает из водной среды, он отчаянно и осознанно пытается сорваться с крючка. Это даёт надежду на то, что эволюция ерша действительно возможна.

Надо заметить, что первые двадцать лет эпохи использования стального крючка при ловле ершей, эти рыбки не трепыхались на крючке и не обсопливливались. То есть, они не понимали, что с ними происходит, а это прекрасное состояние, исключающее стресс. Многие рыбки думали, что это бог призвал их к себе, поэтому без напряжения нервов устремлялись в небо, а рыбки, оставшиеся в воде, считали их избранниками, так как большинству из них придётся подыхать в этой речке. Когда разобрались что к чему, стали трепыхаться и часто достигать успеха, так как крючки первого поколения не были оснащены бородками.

Так же было раньше и с умирающими людьми, когда ортодоксия в различных религиозных учениях была нормой. Больные или старые счастливцы не чувствовали боли, устремлялись к какому-нибудь своему божеству с радостью великой, как устремляется зек из ворот тюрьмы, где провёл многие годы в тесной камере, как устремляется наивный избранник судьбы на псевдоисторическую родину, где потом до конца жизни будет он сопливить, так как климата там, как оказалось, нет, а есть только круглогодичная сырость.

Изобретение бородки крючка – было качественным и коварным скачком в технике рыболовства. В ответ на эту подлость ерши стали не только сопливиться, но и отращивать на своём теле острые колючки. А когда что-то скользкое и колючее бьётся у тебя в ладони, то лучше ладонь разжать, плюнуть и смотреть, как рыбка шмыгнула в воду, чтобы продолжить жизнь с разорванной верхней губой.

Да, раньше практиковали гуманные методы ловли ершей. Но сейчас это невозможно, так как исчезли настоящие мужики. Раньше мужик в полотняной длинной рубахе забредал в воду, останавливался, когда прохладная водичка причинное место достигала, и опускал свой задумчивый взгляд на поверхность воды, которая в те годы ещё была голубой.

Но перед тем как войти в воду надо было обязательно поесть каши. Эту кашу должно было часа два парить в вёдерном котле и заправить льняным маслом, а лучше коровьим, если баба постаралась и уже с вечера масло наколотила. А как же ей не наколотить, если в ту пору бабы русские особым послушанием отличались, ну и мужики не отставали – ни одной ночки не пропускали, чтобы супружницу не уважить.

Так что всё было по взаимности, пока этим чертовкам свободу не дали. От них и пошёл разврат по русской земле. Почему женщины так неумело и так преступно использовали свою свободу и равенство - мы, мужчины, не знаем. Бабы – знают, но они это скрывают, ни одна до сих пор не проболталась. Есть подозрение, что изначально, природно каждая женщина склонна обольщать, совращать, развращать, смущать, прельщать, чтобы мы млели и признавались, как дураки, в любви то этой, то той, хотя, в конечном итоге, если трезво подумать, нам эта любовь до фени, главное – чтобы баба масло наколотила, ну, а ночью, голуба моя, как-нибудь разберёмся.

Так вот, входил мужик, останавливался в речке, а потом смачно харкал, так, чтобы белый блин образовался на поверхности. А тогда мужики и глотки другие имели, и желудок у каждого был, как у хорошего жеребца, не говоря уже об остальном. Это потому, что бабы готовили ежедневно обильную экологически чистую пищу по старым русским рецептам.

В советский период появились вонючие столовки. Все, кто там питался, быстро теряли мужскую силу и человеческое достоинство. Потом в больших городах эти столовки заменили на японские суши-рестораны. Это очень опасные заведения, так как там русский мужик теряет свой менталитет, он начинает худеть, складывать вместе ладошки, часто кланяться, много и без повода улыбаться, особенно, если за столом сидят какие-нибудь зарубежные гости. В этих ресторанах он мельчает на глазах духовно и физически. А помочь ему некому. Если баба его рядом сидит, то она зарубежным гостям затушёванные глазки строит и бюст свой на столе демонстрирует, а мужика молча вилкой припугивает и на ногу его под столом наступает. Больно, а подняться и уйти нельзя. Этикет. Гости, наблюдая развязное поведение бабы, спрашивают после ужина - сколько стоит эта, плохо обученная, сорокалетняя гейша с бюстом.

Мужик называет цену и краснеет - ещё не привык сильно наглеть, проталкивая спекулятивные сделки. Гости отказываются. Жена ругает мужа за нескромность и жадность. Едут домой голодные и неудовлетворённые.

Если блин на воде образовался, то, считай, что ты уже с рыбой. Не только ерши, но и сорожняк с подъязками и пескарь крупный и вертлявый – тут как тут.

Мужик полюбуется на всю эту хвостатую братию, да как даст с размаху ладошкой-лопатой по этому блину. Тогда сила его удара соответствовала примерно одному килограмму тротилового эквивалента. Ну и рыба от неожиданности – вся кверху брюхом. На, бери меня. Накидает мужик за пазуху рыбёшек и домой пошёл, весёлый и беззаботный. А те рыбки, которые поплыли по течению, быстро оклемаются, так ничего и не поняв, и будут по очереди у берега дежурить – мужика ждать, который харкается.

В те года-то и была Россия великой державой. Знал Царь Батюшка, что если он попросит всех своих подданных мужиков, исключая дворцовую нечисть, писарей и членов союза писателей, одновременно по земле с размаху ладонью трахнуть, то в Европе и в молодой Америке зафиксируют испытание термоядерного взрывного устройства. А если минут десять по земле всем вместе поколотить, то сейсмическая волна пройдёт через ядро нашей планеты и сделает землетрясение на противоположной стороне. И, если там какие-либо империалисты или тайные враги окопались, типа НАТО, - придёт конец их козням и бесчестному поведению.

4. Русские травы и волкодав Вовчик

И всё-таки, в чём ценность ерша? Жарить–вялить такую рыбу бесполезно. Если его с другими рыбками в котелок бросить и уху сварить, то это ещё возможно, но только лучше его после варки выбросить. Отдал свои животворные соки – на том и спасибо. Короче, питательная ценность этой рыбы низкая и поэтому к ней относятся неуважительно. А зря. Сибирские фармацевты знают, что животворные соки одного ерша содержат 150 миллиграммов витамина Ё, который незаменим для сибиряка. Собственно, этот витамин Ё и делает из обычного человека сибиряка.

А мы, сибиряки, люди особенные. Во-первых, мы любим делать дорогие подарки. Если что-нибудь ценное найдём в Сибири, то сразу это, как подарочек завернём, бантиком снабдим и в Москву отправим эшелонами или по трубопроводу, чтобы она славилась, чтобы там жизнь ночная бурлила, и в Кремле самое качественное съестное не переводилось. Во-вторых, мы любим за наши дорогие подарки грамоты, медальки или звание «заслуженный шахтёр» из Москвы получать.

Первое и второе подтверждает, что сибиряки - патриоты России, а это и является причиной того, что московские жители считают нас отсталыми. Они, дураки-менеджеры-стилисты-аналитики-брокеры-советники-диджеи-политики, не знают, что с ними случится, если и мы станем продвинутыми, как они, и перестанем работать под землёй или на земле по горло в болотной жиже.

Ёрш похож на самурая – кожа, кости, колючки и вечная готовность к борьбе за выживание. Он худой, но целеустремлённый. Худые определяют динамику подводного и надводного мира. Толстых тоже много у власти, но они держатся на хитрости, на ловкачестве, на удобном конформизме, лизоблюдстве, короче, - они или политики, или у них острых зубов полный рот.

Вот почему Запад невзлюбил наших последних молодых президентов российских? А потому, что у них животов нет. Кожа, кости, мышцы. Два энергичных ёршика. Кажется, все предпосылки у них есть потешную схватку между собой устроить на государственном ковре в Грановитой палате, под радостный свист некоторых болельщиков, которые ждут-не дождутся этого события. Но всё тихо. Для многих толстых - это большое разочарование, но надежда ещё не потеряна, может, и удастся их рассорить. Впервые получила Россия президентов, которые молоды, говорят на иностранных языках, не пьянствуют на международных совещаниях. Но их любить никогда не будут. Когда они одряхлеют, распустят свои животы, будут непроизвольно пускать слюни на текст доклада и забывать зубные протезы на трибуне ООН – вот тогда, может быть, появится к ним симпатия со стороны руководителей высокоразвитых стран. Но это будет даже не симпатия, это будет - радость.

Демонстративно сочувствовать и помогать слабым на Западе любят. Особенно хорошо в этом отношении прибывшим в Германию из России алкашам-переселенцам и прочему сброду, приехавшему балдеть, гуливать, травиться водкой и наркотой за счёт немецких налогоплательщиков. И это всё – дискриминированные российские немцы!! Их будут здесь увлечённо и безрезультатно лечить, выделять каждому забулдыге психолога, отправлять в санатории. Почему? А потому что, во-первых, они не конкуренты на рынке рабочих мест, их работа ни там, в России, ни здесь, в Германии, не колышет; во-вторых, создан аппарат для борьбы с асоциальным поведением некоторых граждан, аппарат должен работать и рапортовать об успехах, пока деньги налогоплательщиков выделяются. В это время тысячи переселенцев с высшим образованием годами околачивают пороги биржи труда. На них внимание обратят только, когда у них появится алкогольная зависимость: жалко всё-таки людей - надо помочь.

Только дураки думают, что от ерша мало пользы. Эти дураки никогда не шагали ранним туманным утром по высоким, спелым луговым травам, имеющим свойство притягивать, глазу незаметные, нано частицы дорогущей бриллиантовой пыли и густо обвешивать себя этой красотой. Но русские травы – травы особенные, они, как и всё живое, имеют душу. Русская трава имеет, разумеется, русскую душу, которая, согласно живучей внутренней легенде, - и широкая, и добрая. Конечно, многие люди, всё ещё живущие в России, не сомневаются, что у них лично она - и широкая, и добрая. Но они пребывают в стойкой уверенности, что у всех остальных сограждан этой души вообще нет и не было никогда, особенно, у некоторых близких родственников.

Вот, возьмите, для примера, Эмму Хасановну – как она на гулянках задушевно украинские песни поёт, если хорошо выпьет! Ясно – русская у неё душа. Она и сама подтверждает это – вытрет, как интеллигентная женщина, с горячего лба крупные капли пота, смачно высморкается в платок, сожмёт платочек в руке, как стукнет себя в грудь кулаком и скажет: «Вот как, вот как душа болит!» и чуть не заплачет, махнёт скорее гармонисту рукой, чтобы плясовую заиграл, а то разревётся сейчас на людях.

Те дураки, которые думают, что от ерша мало пользы, и понять не могут, как может большая и широкая душа болеть. Боль растёт в геометрической прогрессии и зависит от размера объекта, так как в большом теле гораздо больше нервных окончаний, чем в маленьком. Наступи на муравья – он и голос не подаст, сдохнет, практически, без муки и сопротивления. Поэтому муравьи и дороги без страха перебегают, и все воинственные – все норовят добровольцами в свою армию записаться.

А теперь попробуйте наступить на хвост волкодава, которого муж Эммы Хасановны на базаре обменял на настенные часы, хотя он хотел часы просто продать, но народ как-то охладевать стал в последнее время к украшению своих квартирок и старых домов; если и покупает что, то больше - хлеб да сахар с молоком. Этот волкодав, как только поймёт ваше намерение унизить его честь, а стало быть - плюнуть в его душу, примет радикальные меры пресечения. В этот момент главное – успеть сунуть ему в пасть толстую палку или лучше старую фуфайку, которую он увлечённо растеребит до последней ниточки. Возможно, это занятие сможет вытеснить из памяти волкодава ваше не хорошее намерение.

Честно говоря, муж Эммы Хасановны уже давно хочет этого волкодава назад продать, но нет никакой возможности к этой со и выменял за часы баке близко подойти. За это особенное качество муж Эммы Хасановны в своё время и выменял волкодава за часы. А назвал его незатейливо – Вовчиком. Сначала нравилось, что Вовчик в принципе не способен на консенсус, отвергает любую кооперацию, что он не конформист и обладает устойчивым зверским характером. Волкодав не мог скрыть свою зубастую злобу ко всем людям, ко всему миру, для него не существовали хозяева, он никого не охранял, он рвался разорвать, как старую фуфайку, всех входящих и всех выходящих из дома людей, всех, проходящих мимо дома. Такие экстремальные характеры уже описывались мастерами литературного жанра. Пока спасала людей от увечья тяжёлая цепь, которая порыжела от ржавчины, и муж Эммы Хасановны, выглядывая из окна во двор, всё прикидывал – как бы эту цепь дистанционно солидолом смазать, но решения этой проблемы не находил, железных роботов с радиоуправлением в посёлке ещё не было, хотя - по телевизору показывали.

Да ну его, этот телевизор! Лучше на луговину за посёлком в июне утром рано выйти и от красоты обомлеть.

Травы утренние русские, дорогими бриллиантами от головок до пяточек обвешанные, завораживают, особенно если первые лучики солнечные, горизонтальные, ещё прохладные, но ласковые, высветят всю эту красоту в сотни миллионов карат. Ахнешь, остановишься, подумаешь – и зачем горным инженером стал, зачем затеяли Саха-Якутию раскапывать, камешки драгоценные выискивать на километровой глубине? Вот оно – богатство! Собирайте для своих баб, ворам продавайте! Бизнес в стиле современных российских представлений – рентабельность десять тысяч процентов с нулевым начальным капиталом, с беспроцентным и безвозвратным кредитом.

Короче – халява! Давай, пацаны конкретные и дядьки жадные, сюда, - на луга утренние! Да страшно это – вы и тут друг другу кости ломать затеете, вы же не граждане и не сограждане, вы – конкуренты, и понимаете эту конкуренцию конкретно: давить друг друга, пока на лужайке утренней один, самый сильный и хитрый, не останется.

Так Россия и обезлюдеть может. В этом царстве-государстве, куда не кинь взгляд, – везде поле брани, и даже в семьях покоя нет: корят друг друга, унижают и в морду норовят дать с воспитательной целью.

(продолжение следует)

 



↑  342