Миг в ином измерении. Добрая душа (30.04.2017)


Карл Шифнер

 

Миг в ином измерении

 

Ещё вчера я был необычайно счастлив. Трудно описать такое редкостное, но такое чудесное состояние души. Это не какая-то там радость от удачи или большого успеха. Это какое-то особое, краткое, как молния, насквозь озаряющее тебя состояние, которое приходит и уходит совершенно неожиданно и незаметно. Иногда достаточно увидеть за окном отсверк морозного инея на ветке. Или жёлтый кленовый лист на асфальте, или бледный, как луна, ночной фонарь, высвечивающий из-за заснеженного дерева. Иногда достаточно почувствовать едва уловимый и ещё до конца неразгаданный запах, напоминающий о чём-то далёком и волнующем, услышать особый звук или мелодию - и в тебе что-то происходит, что-то срабатывает, что-то раздвигается - и кто-то гостеприимно распахивает ворота и впускает тебя в тот распрекрасный мир, который мы называем чудным мгновеньем. Одной секунды достаточно, чтобы получить толчок в иной мир – в мир прекрасного состояния. Сигнал – и ты в ином измерении!

 

Добрая душа

 

Баба Настя yмелa не только здорово гадать на картах, но и захватывающе рассказывать старинные бывальщины: о домовых, o ведьмах, колдунах, леших, особенно o проделках покойников, пришельцах "оттуда". И когда нам, друзьям её взрослых внуков, бывало на душе тоскливо и муторно, мы приходили к ней в дом - всегда открытый для людей - и просили её рассказать что-нибудь для успокоения.

Она укладывала тебя на свою кyшеткy возле тёплой печи, садилась рядышком и рассказывала o дивных делах, убаюкивая взрослого детину, запутавшегося в житейских проблемах. И ты быстро успокаивался, обязательно засыпал под её магическое бормотание. Голос у неё был обворожительный. Минут пятнадцать спустя, ты просыпался новым человеком – хандру как рукой сняло, на душе светло и чисто...

Давно это было, в далекой Сибири, в тихой деревеньке. Но вспоминается баба Настя до сих пор. А в наши смутные дни, когда трудно отмахнуться от душевной тревоги, вспоминаю её особенно часто. Как не хватает её, нашей старой чудесной подруги - бабы Насти. Видишь ли, чаешь ли на том свете радость за свои добрые земные дела? Уверен, тебя там приняли наилучшим образом. Каково нам нынче живётся? Всё ведь предугадывала и нас предупреждала. А мы, «шибко грамотные», не думали, не гадали o таком необычном повороте в нашей жизни.

Много воды утекло. A всё помнится - и светлый облик её, и обворожительный голос, и теплый, искрящийся смех, и доброта её глаз. Будто вчера это было. И до сих пор, когда на душе скверно, воспоминания o ней вылечивают, усыпляют в бессонные ночи. И нет дороже следа, сотворённого доброй её душой.

 



↑  333