На берегу реки Или (31.10.2018)

 

Г. Лауэр

 

Лето 1983 года было замечательным для моей семьи: сыновья стали студентами! Старший, Андрей, после школы поступил в Казахский сельскохозяйственный институт. А младший, Павел, после восьмого класса – в художественное училище. События чрезвычайной важности: дети вышли на тропу самостоятельной жизни.

Жена переживала:

– Как они без нас будут жить в Алма-Ате?

Я успокаивал её:

– От нас до Алма-Аты всего 50 километров. На выходные ребята смогут приезжать в родной Иссык. Мальчишки, конечно, становятся взрослыми, но материально они ещё зависят от нас. Наша поддержка как моральная, так и финансовая будет им необходима всю жизнь!

До начала занятий у наших студентов оставалось время, и я предложил съездить на берег Или – большой реки Казахстана.

После вкусного завтрака мы уложили всё необходимое в багажник: палатку, дрова для костра, продукты на два дня и видавший виды закопчённый чайник.

Расстояние до назначенной цел, примерно полторы сотни километров, проехали незаметно. В пути ребята с юмором вспоминали свои недавние волнения во время вступительных экзаменов, смешно изображая себя и экзаменаторов. Я тоже от души смеялся, слушая их приколы.

Так, за разговорами, прибыли к Капчагайскому водохранилищу и по его плотине переехали на другой берег Или. Здесь начиналась бескрайняя казахстанская степь.

Проехали ещё километров двадцать пять по асфальтированной дороге, свернули на просёлочную, которая сначала постепенно, затем круто уводила вниз, как бы разрезая почву, образуя естественное ущелье с крутыми берегами и поворотами.

Вскоре мы оказались на берегу реки, ниже Капчагайского водохранилища. Создавалось впечатление, что мы, покинув равнину, попали в совершенно иной, загадочный мир – в мир красоты волшебного урочища!

За многие столетия, может, и тысячелетия, река промыла глубокую, местами широченную пойму с высокими берегами. Проехав по берегу вверх по течению ещё километров пять, мы остановились. Осмотрелись. Ширина реки примерно метров двести. На противоположном берегу видна скала с названием «Чёртов палец». Она необыкновенная: торчит на ровном месте восклицательным знаком, напоминая причудливый палец. И на нашем берегу, метрах в ста пятидесяти от стоянки, тоже высится большая крутая гора высотою метров в сто. На вершине её – птичий грай пернатых. Одни улетают, другие возвращаются, они гомонят, ссорятся – только пух и перья летят.

– Прямо аэровокзал, – заметил Андрей.

– Точно! Взлёты, посадки, как в аэропорту! – поддержал брата Павлик.

– Птичья гора, – решили оба.

Налюбовавшись пейзажем, мы поставили палатку, разложили в ней спальники; приготовили место для вечернего костра. Павлик сразу достал этюдник: будущему художнику представилась отличная возможность для зарисовок с натуры. Изумительная красота стимулирует подъём творческого вдохновения!

Ласково греет августовское солнце. Дышится легко. Но пора уже перекусить.

– Одной красотой сыт не будешь! – раскрыл я большую сумку с продуктами. – Посмотрим, что тут мама нам в дорогу приготовила!

– Расстилаем достархан* на зелёной травке, – потирая руки, сказал Андрей. – Не знаю, как вы, а я проголодался зверски.

– Я тоже голоден! – добавил Павлик.

После вкусного и сытного обеда мы отправились на прогулку. Интересного кругом предостаточно! В этом урочище проводятся иногда киносъёмки, что подтверждает особенную прелесть и исключительность этого уголка.

Не спеша идём по берегу к «Писаным скалам». У самой воды на огромном камне сохранились наскальные рисунки древних людей. От этого удивительного места до китайской границы километров триста. Там, за пределами Советского Союза, в Китае находится исток реки Или. Сыновья стали рассуждать о древних людях, побывавших или живших на этом берегу.

– Наверное, тут жили древние казахи, – предположил Андрей.

– А, может, китайцы, – добавил Павлик, – или уйгуры.

– Кочевники вполне могли селиться на берегу реки, – продолжил Андрей. – Плавать по реке им было не обязательно. Так что, вполне возможно, что здесь жили казахи.

– В Китае, на границе с Алма-Атинской областью, живёт большое количество уйгуров, – сказал я. – У них там, возможно, даже автономия есть. К примеру, в нашей области имеется уйгурский район. Вполне допустимо, что жили здесь и уйгуры.

Так мы шли и разговаривали о народах, что, возможно, проживали здесь, о реке Или, которая впадала в озеро Балхаш, образуя настоящее степное море, гадали, на чём сплавлялись аборигены по реке.

Прогуливаясь, Андрей постоянно щёлкал фотоаппаратом, а Павлик делал небольшие зарисовки.

Незаметно разговор свернули к истории. Вспомнили древнюю легенду. В Х веке одна из буддистских миссий остановилась по берегу реки Или. Во время похода индийских торговцев в Семиречье произошло землетрясение, и большой кусок скалы упал «с небес» на землю. Такое необычайное происшествие напугало путников и было расценено как недобрый знак. Пришлось торговцам вернуться в Индию. На отколовшемся куске скалы ими было высечено три изображения Будды.

Чуть выше по течению берега сужались, дальше мы не пошли. Сделали приличный полукруг и подошли к птичьей горе с обратной стороны. Андрей обратил внимание на довольно пологую сторону горы и воскликнул:

– Здесь можно подняться на самый верх! Кто со мной?

– Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт, – возразил Павлик.

– Пап, пошли со мной!

– Спасибо, но я присоединяюсь к Павлику.

Пошагали дальше без Андрея. Медленно обошли гору и вернулись к нашей стоянке. Через некоторое время услышали громкий крик нашего Андрея:

– Ого-го-о, я здесь!

– Молодец Андрей! – сложив ладони рупором, откликнулся Павлик.

– Сверху далеко видать! – снова прокричал Андрей.

– А нам и внизу хорошо!

Вскоре присоединился к нам Андрей, довольный своим восхождением на гору. Незаметно наступили сумерки. Пока разжигали костёр, совсем стемнело. Мы плотно поужинали, полюбовались сказочным великолепием бескрайнего звёздного неба под ласковые всплески речной воды.

– Пап, расскажи нам что-нибудь о наших предках.

– В 1803 году наш прапрапрадед Мартин Лауэр со многими другими семьями, – начал я рассказ, – Из Германской земли Вюртемберг посёлка Тюбинген по приглашению царского правительства России переехали на пустынные земли Причерноморья Херсонской губернии. Постепенно образовались в тех краях немецкие колонии. В 1891 году из села Ландовка уже другой наш предок, Яков Лауэр, с пятью сыновьями и двумя дочерями переехали в Оренбургскую губернию. Ранней весной построили землянки для временного жилья. Весной того же года успели засеять большинство земельных участков зерновыми культурами. В первом году на целинных землях получили хороший урожай. В последующие годы построили добротные дома, надворные постройки. В каждом дворе выкопали по колодцу...

– Пап, а как они пахали?

– На лошадях.

– Лошадям ведь сено надо.

– На лошадях не только пахали, но и сеяли, траву косили, сено сгребали.

– А что ещё делали с лошадьми?

– Всевозможные грузы возили и в гости ездили. Зимой – на санях, летом – на телегах. Зимой в Оренбуржье бывают лютые морозы с сильными ветрами. В такие дни в поездки одевали ватные брюки, валенки, нательный полушубок, а сверху – тулуп. Это такая просторная, длинная шуба с большим воротником и широкими рукавами. В сани обязательно клали сено, чтобы лошадь покормить. В тулупе, лёжа на сене, можно выдержать ветер с морозами.

– Что ещё выращивали наши предки, кроме зерновых культур?

– Картофель, фасоль, разные овощи... Имели коров, свиней, уток, кур и гусей.

– Как они всё успевали, как с таким хозяйством справлялись?!

– Были у них большие семьи, работали дружно и дети, и взрослые. Нанимали сезонных и постоянных работников.

– Пап, а ты там родился?

– В 1895 году поселение получило официальное название Пустошь-Адамовка. Со временем построили кузницу и мельницу. В том, родовом для нас селе, родился мой отец. Там же и я на свет появился и три моих сестры.

– А как в Коркино попали?

– В марте 1942 года российских немцев в возрасте от восемнадцати до пятидесяти лет мобилизовали в трудовые армии. В ноябре того же года прошла вторая волна мобилизации. Забирали ребят с 15 лет, а девочек с 16 лет. Забирали также и женщин, у которых были дети старше трёх лет. Детей оставляли дедушкам, бабушкам или просто знакомым...Только в 1946 году, после войны, семьи воссоединялись, но не все пережили тяжелейший груз трудармейских испытаний. В то трудное время моя мама с четырьмя детьми переехала в шахтёрский город Коркино Челябинской области. А до 1956 года мы находились под контролем военной комендатуры без права выезда и переезда. В 1959 году переехали всей семьёй в Иссык, где вы и родились. Вот такая наша фамильная история.

Притихли мои сыновья, слушая моё повествование. Так незаметно догорели в костре дрова. Становилось прохладно. Мы перебрались в палатку и стали укладываться спать.

Утром вскипятили чай при помощи паяльной лампы. Привезённые дрова сожгли вечером. Приятно было сидеть у берега величавой реки с интересными, нескончаемыми разговорами, воспоминаниями.

– Давайте вспомним, на каких притоках этой реки мы уже бывали.

– Иссычка, Туренка.

– Чарынь, Алма-Атинка.

– Чиличка, которую мы переезжали.

– Есть ещё приток Текес, – добавил я. – Он начинается в Казахстане, а впадает в реку Или на Китайской стороне. Помните, когда мы ездили на Иссык-Куль, этот приток находился совсем близко, но мы до него не доехали.

Всюду есть какие-то особенности. Прелесть и разнообразие природы бесконечны. Жаль, что на нашем берегу, где мы остановились, нет ни деревьев, ни кустарников, но всё равно отдыхать здесь очень интересно! Уезжать не хотелось. Кто знает, может быть, на этот зелёный уютный берег мы больше никогда не приедем…

– Приедем обязательно, когда получим дипломы! – как бы отвечая на мои мысли, сказал Павлик.

– Надо постараться раньше приехать, – возразил Андрей.

На прощание ещё разок искупались, затем с сожалением поехали домой. Как говорится, делу время – потехе час! А поездки такие остаются в памяти на долгие-долгие годы.

Достархан*– скатерть (каз.)

 

 

 

 

↑ 372