Судьба парка Монрепо (30.06.2017)

В. Томашевская (Арндт)

 

Вступление. Предыстория усадьбы Монрепо

 

Одной из главных достопримечательностей-жемчужин Выборга (Ленинградская область, вблизи Санкт-Петербурга) является единственный в России скальный парк и усадьба Монрепо. Некогда парк Монрепо считался одним из красивейших парков Европы. Он был разбит прямо на каменной гряде из красных гранитов раппакиви, достигающих в высоту 20 метров.

В Монрепо бывали многие знаменитые люди: Евгений Баратынский, Константин Батюшков, Денис Давыдов, Анна Керн, Михаил Глинка, Владимир Соловьев.

Слава о романтической усадьбе была столь широка, что парк даже посетил в 1863 году российский император Александр II, наслышанный о красоте этого места и пожелавший увидеть его лично.

Парк Монрепо в новейшее время стал известен всему миру по фильму замечательного финского режиссера Аки Каурисмяки «Человек без прошлого» (2002). В 2006 году режиссер Эльдар Рязанов снял фильм о жизни датского писателя Ханса Кристиана Андерсена под названием «Андерсен. Жизнь без любви». Любовная сцена этого фильма была снята в Чайной беседке - одном из самых популярных мест парка Монрепо, откуда открывается прекрасный вид на Выборгский залив и лесной массив усадьбы.

…В 1784 году выборгский наместник принц Фридрих Вильгельм Карл Вюртембергский приобрел за 3000 рублей имение Шарлоттенталь - летнюю резиденцию Петра Алексеевича Ступишина (1718-1782), которая была получена им, комендантом Выборгской крепости, в потомственное владение и была названа им в честь супруги Шарлотты. После кончины Ступишина в 1782 году имение было приобретено в казну государства и время спустя стало собственностью принца Фридриха Вильгельма Карла Вюртембергского. Покупка была оформлена им на имя своего доверенного лица, коллежского асессора М. И. Донаурова. Герцог Фридрих дал своему новому имению название Монрепо (французское Mon Repos — Место моего уединения). Он полностью реконструировал поместье и расширил территорию парка до 16 гектаров. Появились новые хозяйственные постройки, усадебный деревянный дом Ступишина вошел в состав нового дома. Он имел симметричную форму — центральную высокую часть и два одноэтажных крыла по обе стороны. Имение не имело ограды, благодаря чему окружающий его ландшафт органично включался в единую парковую композицию. Парк был разбит в пейзажном стиле и представлял собой систему чередующихся открытых полян и закрытых пространств лесных массивов. Вдоль парковых дорожек были высажены липы, местами — дубы и березы. На холмах построили павильоны.

В 1788 году, еще до своего отъезда из России, принц Вюртембергский продал Монрепо, а также два других своих имения близ Выборга Людвигу Генриху Николаи, президенту Санкт-Петербургской академии наук, за 10 тысяч рублей. Николаи после ухода в отставку в 1803 году полностью посвятил себя обустройству любимого им Монрепо. Расцвет Монрепо и связан с его именем. Благодаря Александру I парк Монрепо в 1801 году был передан в потомственное владение баронов Николаи. На одном из островов усадьбы был возведен монумент – колонна в честь двух императоров - Павла I и Александра I, выполненная из серо-зеленого мрамора. Сооружение было установлено в 1790-х годах, затем колонну трижды меняли, а последний раз монумент был поставлен в 1804 году. На плите, у основания памятника, имеется надпись с благодарственными словами императору Павлу I и его сыну, императору Александру I. Мотив благодарности, мотив памяти пронизывает все памятники парка.

Имение в течение почти 200 лет принадлежало семье Николаи. И каждое поколение потомственных владельцев добавляло что-то свое. Революция 1917 года нарушила «институт» собственности, и это, естественно, сказалось на судьбе парка Монрепо и его владельцев. Но расскажем все по-порядку.

 

Людвиг Генрих Николаи

 

Людвиг Генрих Николаи (после перехода в православие — Андрей Львович Николаи) родился в столице Эльзаса Страсбурге 18 декабря 1737 году в семье претора этого города (архивариуса) Кристофа Николаи и его жены Софии-Шарлотты Фабер.

После окончания евангелической гимназии Николаи учился в Страсбургском университете по специальностям философия и право. В 1760 году Генрих Людвиг окончил университет со степенью лицензиата права. В том же году опубликовал свое первое собрание элегий, писем, од и басен. Вместе с другом детства, Францем Германом Лафермьером, отправился в Париж, где, став завсегдатаем литературных салонов, познакомился с философами-энциклопедистами: Дидро, Вольтер, Руссо, Монтескьё. Это открыло молодому человеку незнатного происхождения двери светских и литературных салонов Парижа. Париж стал для обоих трамплином в карьере при Российском дворе. Николаи познакомился с русским послом в Австрии князем Д.М. Голицыным, который предложил сопровождать его в Вену в качестве секретаря.

В Вене Николаи завел обширные знакомства в придворных кругах, а также среди композиторов и поэтов. В 1763 г. он вернулся на родину и стал профессором логики в Страсбургском университете, в котором более трети студентов составляли слушатели из России. Среди них были и сыновья президента Академии наук графа .Г.Разумовского. Разумовский, навестивший своих сыновей, предложил Николаи сопровождать их в поездке по Европе. Путешествие длилось четыре года и обогатило Николаи впечатлениями от лучших городов, музеев и садов Европы. Друг его и товарищ по университету Лафермьер, назначенный канцлером Воронцовым в 1764 году на должность библиотекаря (впоследствии стал и либреттистом опер Бортнянского) великого князя Павла Петровича, горячо рекомендовал его при дворе как просвещенного и благовоспитанного человека. Эта рекомендация и блестящие отзывы о Николаи Разумовских определили его дальнейшую судьбу. В 1769 году Николаи был приглашён в Петербург и по инициативе Екатерины II получил место наставника великого князя Павла Петровича, который, став императором, присвоил Николаи звание Государственного секретаря и сделал его членом кабинета.

Получив в потомственное владение имение в Нарвском уезде, Николаи вскоре был утвержден в баронском достоинстве и произведен в действительные статские советники. И в 1798 году Павел I назначил Николаи президентом Академии наук. С первых же дней своего назначения Николаи принял живое участие в делах ведущего научного учреждения, вникая во все тонкости жизни Академии.

Николаи пытался в меру сил и возможностей выправить тяжелое положение Академии наук и помочь ее членам. Он присутствовал практически на всех заседаниях Конференции. Прежде всего Николаи обратил внимание на Академическую гимназию, на которую уходили огромные деньги и постепенно сократил количество учащихся. Николаи разрешил конфликт с назначением цензоров в таможни из среды академиков, предпринимал шаги для отмены запрета на ввоз в Россию иностранных книг, доказывая, что необходимо сделать исключение для научных книг.

Николаи поддержал требования ученых о закупке оборудования для научных исследований. Заботился Николаи и о расширении международных связей. При нем было избрано около 20 иностранных членов Академии наук, среди которых были астроном П.С. Лаплас, математик К.Ф. Гаусс, химик А.Ф. Фуркруа и палеонтолог Ж. Кювье. В 1801 году вышел именной указ Александра I, которым Г.Л. Николаи поручалось составить новый академический Регламент.

Предложения по реорганизации Академии, подготовленные Николаи, были направлены на оснащение учебных лабораторий и благоустройство Ботанического сада.

Николаи обратил внимание и на положение ученых. Для Академии довольно иметь своим начальником одного только министра. Президент по сути дела предлагал вовсе упразднить должность, которую он сам в то время занимал, выдвинув принцип коллегиальности руководства. В проекте Николаи есть раздел «О путешествиях», освещавший такую важную сторону работы Академии, как научные экспедиции. Многие предложения Г.Л. Николаи были учтены в Уставе 1803 года, который утвердил Александр I. В этом же году Г.Л. Николаи по собственной просьбе получил отставку с сохранением пожизненной пенсии. Александр I не желал отпускать его в отставку. Tогда Николаи передал ему письмо с изящным напоминанием о поэзии Горация, пожелавшим удалиться на сельский покой. Несмотря на краткость своего президентского правления, Николаи сыграл важную роль в сохранении и реорганизации Академии наук. Был награжден высшими наградами империи.

Оставшуюся часть жизнь (семнадцать лет) он провел в своем имении Монрепо под Выборгом. Анонимный биограф, заметка которого сохранилась в архиве князей Воронцовых, писал о Николаи: «При классической разносторонней образованности он отличался сердечным благородством, соединяя в себе немецкую основательность с французской живостью и веселым нравом... Лучшим свидетельством о художественном настроении души его служит устроенное им Выборгское поместье Монрепо». Европейский стиль усадебного творчества, согласно которому главным архитектором, садоводом и комментатором становился хозяин имения, был хорошо знаком и самому Николаи.

По словам современников, барон Николаи и его жена — Иоганна (Маргарита) Фёдоровна Поггенполь (1738/1747—1820), дочь (по другим сведениям племянница) банкира Фридриха-Вильгельма Поггенпольца (1705—1770). Они почитались людьми важными как по своему состоянию, так и по своим связям при дворе. Баронесса была хорошей хозяйкой и, отличаясь большой расчетливостью, умело управляла своим состоянием. У себя в поместье они принимали хотя и этикетно, но радушно.

Довольно часто бывал в Монрепо Карл Опперман (1766– 1831), племянник Николаи. Карл Иванович Опперман по происхождению из дворянского рода герцогства Гессен-Дармштадт родился в Дармштадте. Отец его был тайным советником и крупным сановником при дворе герцога, а мать, как предполагают исследователи, была сводной сестрой Людвига Генриха Николаи. Опперман - известный российский инженер, картограф и фортификатор. По его планам построены Брестская, Бобруйскaя, Каменец-Подольская и Динабургская крепость, боевой офицер, участник войн с Наполеном, председатель различных комиссий, почётный член Императорской Академии Наук. В марте 1803 года был командирован в Финляндию для улучшения обороноспособности приграничных крепостей. Как отмечают исследователи, Опперман приложил руку к созданию уникального парка Монрепо: строительство набережной, дамбов, гротов. При любой возможности Карл Опперман старался навещать своих родственников. В научном архиве Парка Монрепо хранятся несколько десятков фрагментов и полных переводов писем Николаи – Опперманов из Архива музейного ведомства Финляндии и библиотеки университета Хельсинки – это прекрасные образцы эпистолярного наследия и кладезь интересных исторических материалов.

Николаи являлся одним из образованнейших людей своего времени. Он много писал по-немецки, преимущественно басни, послания, рассказы, элегии, эпиграммы. Его произведения – восемь томов сочинений - отличались большим вкусом, легкостью стиха и искренностью воодушевления. В 1804 году Николаи написал поэму «Поместье Монрепо в Финляндии», которую можно назвать первым путеводителем по имению и гимном садово-паркового искусства. В поэме Николаи отражено новое понимание природной сцены, ее эмоциональной выразительности, которая, согласно убеждениям эпохи, и должна стать основой садовой композиции. Рассказывая о пейзаже Монрепо, его создатель пишет:

«Природа множество явлений нам дает

И столь же много чувств имеет сердце,

Что им созвучны: буре — страх,

Отдохновенье — тишине,

отчаянье — пещере,

Ручью и лугу — радость на душе,

Серьезность мыслей — лесу,

наслажденье — роще».

Ансамбль Монрепо строился на подчинении построек красоте и величию пейзажа, сам же пейзаж неразрывно связан с монументами и памятными местами, с той «памятью сердца», о которой в годы создания парка писал Батюшков. В отличие от прежних владельцев Николаи ведет работы медленно и планомерно. Несколько лет ушло на дробление и вывоз лишних валунов, расчистку долины и ее окрестностей. Затем началось создание пейзажей, работа «садовника-поэта».

Барон Николаи пригласил приехать в Монрепо итальянского художника Мартинелли (он занимал должность хранителя собрания картин Эрмитажа. А в год смерти Екатерины II он, неожиданно для себя, получил отставку и долгое время оставался без службы). Это было настоящим спасением Мартинелли от бедности, поскольку положенный ему пенсион очень долго не выплачивался. Упоминая о Мартинелли в письмах Николаи всегда называет его «чудесным», «милейшим», «добряком», «папашей». В Монрепо Мартинелли приехал в 1798 году не в привычном уже качестве реставратора живописи, а скорее как друг семьи. Необычный скальный ландшафт парка пришелся ему по душе. Здесь, в Монрепо, ему особенно пригодились умения чертежника. Уже в первый год в Монрепо Мартинелли проектирует мостики, новую оранжерею, создает планы сада. Большая часть этих строений к нынешнему времени утрачена, однако восстановленные Китайские мостики в восточной части парка являются точной копией тех мостиков, которые когда-то построил Мартинелли. О таланте Мартинелли-архитектора мы можем судить по зданиям усадебного комплекса Монрепо. Именно к нему Николаи обращается с просьбой о полной перестройке обветшавшего и холодного усадебного дома. Мартинелли предлагает такой проект, который позволил сохранить конструктивную основу здания, возведенного еще принцем Фридрихом Вюртембергским, но полностью изменить его облик. Обновленное здание усадьбы не могло не порадовать Николаи: деревянное строение стало похоже на дворцы, созданные любимым архитектором владельца Монрепо – великим итальянцем Андреа Палладио. «Мартинелли любит тихое величие и большой эффект небольшими средствами», – пишет о своем друге Л.Г. Николаи. Трудно правильно охарактеризовать положение Мартинелли в имении. Он не был слугой или наемным рабочим. Тем не менее, все работники – от управляющего до огородника – находились в его подчинении. Он живет в усадебном доме на правах члена семьи – сначала в комнате Пауля Николаи, а позднее в доме, где до него жила теща Николаи. Приблизительно в 1820 году к дому пристроили четырёхколонный портик с треугольным фронтоном. Потолок Большой залы был украшен живописным плафоном с аллегорическим сюжетом Марс и Венера, выполненный художником И.Я. Меттенляйтером. Автор Главных ворот усадьбы точно не известен, предположительно, ворота были возведены по проекту Карла Энгеля (1778 – 1840).

 

Закончив работы в усадебном доме, Мартинелли начинает строительство нового здания – флигеля для гостей, позднее получившего название Библиотечного. По его чертежам создавались росписи и декоративное оформление интерьеров усадебных зданий. Он много работал и был чрезвычайно ответственным человеком, искренне беспокоившимся об имуществе своих друзей баронов Николаи.

Николаи и Мартинелли создают череду полян, поверхности которых сочетаются с водными гладями заливов, и украшают холмы памятниками либо видовыми площадками. Сразу за воротами посетителя встречал не существующий ныне «китайский зонт на высоком камне», природный бельведер, украшенный стилизованным навесом.

На самой высокой гранитной скале был построен павильон — Мариентурм, «Башня Марии», посвященная императрице Марии Федоровне. Красота этого ансамбля состоит в сильнейшем контрасте искусства и природы.

Мир стилей в пейзаже Монрепо включал множество стилизаций. Пампушинка (Пампушинка – небольшой полуостров в восточной части Монрепо, где расположен скальный мыс с крупным камнем посередине. Этот уголок устроил сын барона, Пауль Николаи, в виде сюрприза для матери, и хозяева имения стали называть его детским именем создателя:

«Пампушинкой назвала место мать,

Испытывая радость и волненье:

Здоровалась с сыночком так она,

Когда лежал младенец в колыбели»,-

писал Николаи в своей поэме. Рядом были построены два веерообразных белых мостика, невдалеке, на Палаточном острове, находилась Турецкая палатка, пестрый шатер, дверь которого открывалась на залив. Над усадебным домом возвышался построенный в барочных формах павильон Паульштайн — место уединения Людвига Генриха, названное в честь сына. Во второй, «павловский», период создания усадьбы въезд в нее украсили монументальные готические ворота.

Остров Людвигштайн, расположенный в северной части парка Монрепо, недалеко от берега, в бухте Защитной Выборгского залива, первоначально назывался Эрмитажем, то есть Местом уединения, а затем получил имя Эрихштайн. Название Эрихштайн было дано острову бароном Людвигом Николаи в память о шведском короле Эрихе XIV, который из-за душевной болезни был объявлен недееспособным, заточен в замке на острове и отравлен. Владелец Монрепо считал, что по ночам дух короля витает над островом.

Людвиг Николаи мечтал построить здесь замок, но его идея не была осуществлена. Позже, при Пауле Николаи, его сыне, по проекту архитектора Чарльза Тэтама была возведена на острове-некрополе Людвигштайн, неоготическая белоснежная капелла Людвигсбург с четырьмя башенками. В прежние времена на первом ярусе капеллы были установлены бюсты Людвига Николаи и его супруги, в интерьере использовались витражи. На втором ярусе располагалась смотровая площадка. В настоящее время дверь капеллы закрыта решетками и внутри нее ничего нет. О средневековье напоминали и навес над «Источником Сильмии», и видневшееся поодаль острие башни Бельвю, и бревенчатая «Хижина отшельника» и сучковатые скамьи уводили воображение посетителя к архаическим образам «природной» архитектуры. Низкий живописный мыс возле острова Людвигштайн украшен деревянным портиком с четырьмя колоннами, который называли храмом — разные авторы и в разные периоды «Храмом Нептуна», «Храмом Юпитера», «Храмом благочестия» и «Храмом дружбы». С другой стороны долины возвышается холм, на вершине которого стоял храм со скульптурой Амура. Связывая финский пейзаж с древнегреческими легендами, Людвиг Генрих назвал его Левкадской скалой (так называется скала у побережья острова Искья в Неополитанском заливе в Средиземном море, с которой, согласно легенде, бросилась в море поэтесса Сапфо, мучимая неразделенной любовью).

В 1802 г. Мартинелли скончался от апоплексического удара. Его смерть стала тяжелым ударом для Николаи, потерявшего в его лице близкого друга. После смерти Мартинелли строительство продолжил его ученик, молодой петербургский архитектор А.Павлов.

Покупка поместья была совершена с некоторыми условиями: Николаи обязался подарить Выборгу остров Сарвали, чтобы местные жители могли пасти там скот. Также он обязался не препятствовать использованию для этих же целей других незанятых земель Монрепо. В 1803 году для нужд строительства Казанского собора в Санкт-Петербурге на Сарвали добывали гранитные блоки для колонн, которые здесь же обрабатывали и затем по воде переправляли в столицу. Из добытого в Монрепо гранита созданы 56 колонн внутри Казанского собора. Из этого же гранита была сооружена невысокая стена вокруг имения. В течение 20 лет выполнялись работы по оформлению парка: был укреплен берег, устроены набережные и аллеи, а настоящим его украшением стали павильоны, гроты и постройки принца Вюртембергского были реконструированы.

К сожалению, в усадебном парке ныне не сохранились павильоны: Паульштайн (в честь сына Пауля Николаи), китайский павильон Мариентурм, китайский Зонтик, Турецкая палатка, храм Нептуна (1798, реконструкция 1999 года), хижина Отшельника (от нее не осталось даже фото, в настоящее время — небольшая березовая беседка).

В 1811 году Николаи начал писать свои воспоминания, которые представляют собой, скорее, отдельные характеристики знаменитых людей, с которыми он был лично знаком, чем хронологический рассказ о его жизни. Интересно то, что Николаи посвятил свои мемуары преимущественно таким личностям, как Дидро, Вольтер, Руссо, Фальконе, Метастасио. Глюк. Николаи хорошо знал Фальконе в те годы, когда скульптор жил в Петербурге и работал над созданием памятника Петру I (1766—1778). Мемуары Николаи написаны на немецком языке. Они не опубликованы и хранятся у графа фон Пален в Хельсинки, мать которого была урожденная Николаи. Отрывок из мемуаров Николаи, озаглавленный «Фальконе», опубликован в интернете в переводе с любезного разрешения графа фон Пален.

6 ноября 1820 годам, в возрасте восьмидесяти трех лет, Николаи скончался, и был похоронен на фамильном кладбище в парке Монрепо. Своим потомкам он завещал благоговейное уважение к памяти своей благодетельницы, Императрицы Марии Феодоровны, и воспоминание о своем друге, Лафермьере. Оба эти чувства свято хранятся. Между друзьями было соглашение, в силу которого они еще в юности решили собирать «Библиотеку двух друзей», которая должна была остаться у того, кто дольше проживет. В силу такого соглашения библиотека Лафермьера перешла к пережившему его Николаи. Лафермьер умер в 1796 году, и огромное книжное собрание более века хранилось в Библиотечном флигеле Монрепо. В 1915 году потомки Николаи подарили его Университету города Хельсинки, где библиотека составляет особый фонд и поныне. В «Библиотеке двух друзей» сохранилась первая энциклопедия зеленой архитектуры — пятитомная «Теория садового искусства» Кая Кристиана Лоренца Хиршфельда (1742 – 1792) и много других ценных фолиантов.

После смерти Николаи имение Монрепо перешло к его сыну, барону Павлу Андреевичу Николаи, который продолжил обустройство усадьбы.

 

Пауль Николаи

 

Невозможно представить себе историю Монрепо без барона Пауля (Павел Андреевич) Николаи (1777-1866). В этом, 2017 году, будет отмечаться 240-летие со дня его рождения.

Личность и биография этого человека замечательны сами по себе. Пауль был первым в семье Николаи уроженцем России. Он родился в Петербурге в 1777 году и был единственным сыном Людвига Генриха и Иоганны Маргаретты Николаи. В столице Российской империи Пауль прожил недолго, поскольку уже в восьмилетнем возрасте родители отправили его учиться за границу, в немецкий город Эйтин, к другу семьи Николаи Иоганну Генриху Фоссу.

В наши дни в России Фосс не слишком хорошо известен, но в немецкой культуре его имя стоит очень высоко: он - величайший переводчик Гомера на немецкий язык и замечательный поэт. Переводами Фосса восхищался Пушкин.

В доме Фосса юный Пауль жил на правах члена семьи. Л.Г. Николаи вел оживленную переписку с сыном и с его учителем, так что Пауль и вдали от дома не чувствовал себя обделенным родительской заботой. После обучения у Фосса Пауль поступил в Эрлангенский университет (близ Нюрнберга), знаменитый своими студентами, среди которых (уже после Пауля) были и Георг Ом, и Людвиг Фейербах.

В Эрлангене долгие годы жил и работал управляющим университетского ботанического сада ученик Карла Линнея, Иоганн Шребер (1739-1810). Быть может, интерес Пауля Николаи к садоводству был связан и с деятельностью известного немецкого натуралиста.

По окончании университета Пауль поступил на дипломатическую службу, к вице-канцлеру кн. А.Б. Куракину. Вся последующая биография П. Николаи свидетельствует о том, что этот выбор был верен. Исключительно важно то, что первые десятилетия службы молодого барона пришлись на годы наполеоновских войн: Пауль стал свидетелем и участником событий, которые, без преувеличения, потрясли мир.

В январе 1800 г. П. Николаи был определен в российскую миссию в Лондоне, через несколько месяцев ненадолго переведен в Копенгаген, а в мае 1801-го Пауль вновь направлен в Лондон, теперь в должности секретаря российской миссии. Жизнь в Англии дала Паулю возможность близко познакомиться с английским «пейзажным» стилем, его знаменитыми теориями и не менее выдающимися воплощениями - великими английскими садами.

Опыт жизни в Англии оказался исключительно важен для последующей биографии дипломата, и в Лондон Николаи возвращался неоднократно. Так, например, в 1816-1817 гг. Николаи сопровождал в ознакомительной и учебной поездке в Англию будущего императора Николая I, а через год - его брата, великого князя Михаила.

Николай Павлович, уже будучи императором, сохранил доброе отношение к Паулю Николаи и посетил его в Монрепо в 1830 году. Но всё это будет позже, а в 1810 году Николаи назначен полномочным комиссаром для размежевания земель между Россией и Швецией.

В 1811-м он получит назначение в Стокгольм, потом опять будет Лондон и повышения в чинах, так что за деталями послужного списка можно пропустить важнейшее событие в жизни Пауля Николаи - не дипломата, а человека. Это его женитьба в 1811 году на принцессе Александрине-Симплиции де Брольи (Бройль) (1787-1824).

Через пять лет после свадьбы Пауль Николаи получил свое главное назначение по службе: в 1816-м он был назначен чрезвычайным посланником и полномочным министром в Копенгагене и пробыл в этой должности более тридцати лет, до 1847-го. В Дании родились его сыновья Николас Арманд Мишель, Людвиг Эрнст и Александр, дочь Симплиция. В Дании же скончалась и горячо любимая супруга. За все годы службы П. Николаи почти не отлучался из Дании. Лишь изредка, пользуясь отпусками, он уезжал в Монрепо, владельцем которого стал в 1820 году, после смерти отца.

В 1834-м, в ответ на поданное бароном прошение в Сенат, Монрепо становится заповедным непродажным имением баронского рода Николаи, с наследованием по праву первородства.

Пауль Николаи вышел в отставку в 1847 году и в возрасте шестидесяти лет смог уединиться в любимом Монрепо, где провел последние годы своей жизни. Он занимался благоустройством парка. Так в парке были обустроены места для «светлых и грустных эмоциональных переживаний», чему как нельзя лучше способствовал суровый северный ландшафт.

Пауль Николаи приводил в порядок семейный архив. Часть этого архива, включая дневники пожилого барона Пауля, в настоящее время хранится в Санкт-Петербурге, в отделе рукописей Российской национальной библиотеки, и всё еще ждет своего исследователя.

Отойдя от службы, Пауль Николаи всё же не стал затворником, принимал гостей, в том числе - царственных. Так, в 1855 году Монрепо посетил великий князь Николай Николаевич, а в 1863-м, по пути в Гельсингфорс, - император Александр II. И уже накануне кончины П. Николаи Александр II отправил ему телеграмму, осведомляясь о состоянии его здоровья.

Барон Пауль Николаи умер в Монрепо в 1866 году в возрасте восьмидесяти лет, и был похоронен на фамильном кладбище на острове Людвигштайн. С именем второго барона Николаи в парке Монрепо связаны многие достопримечательности усадьбы.

В 1831 году в дальнем конце парка, который назывался «Конец света», на фоне камней-мегалитов была установлена скульптура "Вяйнемёйнен, играющий на кантеле". Вяйнемёйнен - герой карело-финского эпоса Калевала. По традициям того времени статуя была выполнена в античном стиле. В 1871 году её разбили вандалы. В 1873 году финский скульптор Йоханнес Таканен создал новую скульптуру, отлитую в цинке. Она была утрачена в годы Великой Отечественной войны. В 2007 году в Монрепо появилась её воссозданная копия.

Готические ворота, построенные в 1830-х годах на входе в парк, в конце 1950-х годов были разобраны. Существующие ныне — реконструкция 1982 года. Остров Людвигштайн — одно из самых запоминающихся мест Монрепо. На нем - капелла Людвигсбург, грот Медузы, некрополь, ворота, пристань и несколько каменных лестниц. В 1798 году сюда перевезли урну с прахом Ф.Г.Лафермьера, скончавшегося двумя годами ранее. После кончины Лафермьера Императрица Mapия Феодоровна, которой была известна дружба Николаи и Лафермьера, прислала Николаи мраморный памятник покойному его другу, на котором, по ее приказанию, начертана надпись: „Monument d'estime confie a l'amitie".

В этом же году был создан грот Медузы с маской Медузы Горгоны. Между 1820 и 1830 годами была построена капелла Людвигсбург. Остров превратился в семейный некрополь и стал называться Людвигштайн («камень Людвига»).

Одним из символов парка стал Обелиск братьев Броглио — памяти погибших братьев жены Пауля Николаи, Александрины-Симплиции де Бройль (1787-1824), служивших в Преображенском и Семёновском гвардейских полках. Князь Огюст-Сезар де Бройль (1783-1805) погиб под Аустерлицем. Его младший брат, князь Шарль-Франсуа де Бройль (1788-1813) – под Кульмом. По воинскому званию они были поручиками и просто не успели дослужиться до высоких чинов, поэтому портретов братьев де Бройлей нет в Военной галерее Зимнего дворца, но они всё равно герои. В 1827 году на Левкатийской скале в память о них был возведен обелиск. Обелиск удачно вписался в окружающий пейзаж.

Средний брат, князь Альфонс-Габриэль-Октав де Бройль (1785-1865) или, как его звали в России, Гавриил Евстафьевич де Бройль (или Броглио-Ревель), прожил довольно долгую жизнь, вернулся на историческую родину после восстановления монархии, где и умер.

Он тоже был участником наполеоновских войн, сражался под Аустерлицем, под Фридландом был ранен пулею в ногу, участвовал в сражениях при Бородино, Тарутино и Малом Ярославце, Люцене, Бауцене, Кульме, Лейпциге и Париже. За проявленную доблесть был награжден орденом Георгия 4-й степени и золотой шпагой за храбрость. Был уволен от службы с мундиром в чине полковника в 1816 году и сразу же уехал с матерью во Францию. Ветвь князей де Брольи продолжается во Франции и сейчас.

Обелиск Броглио выражает собой и благодарную память потомков, и их уважение друг к другу, и любовь Пауля Николаи к своей жене и ее семье, и их всеобъемлющую любовь к людям и Родине.

Как сообщают исследователи, в России фамилия Бройль известна часто в другом произношении: Броглио, Брольо, Брольи. Первые эмигранты из этой старинной франко-итальянской аристократической семьи появились в России в конце XVIII века, когда во Франции заполыхали костры Великой Французской революции. Тогда множество французских дворян покидали родину и находили приют при европейских дворах.

Дед Александрины, последний маршал дореволюционной Франции, герцог Виктор-Франсуа де Бройль (1718-1804) после нескольких попыток усмирить восставших жителей Парижа, покинул страну, сопровождал в эмиграции брата короля Людовика XVI, графа д;Артуа, служил с отрядом эмигрантов в Англии, затем в 1798 году оказался в России. Здесь он очень скоро вышел в отставку и уехал в Вестфалию. Отец Александрины Николаи, Огюст–Жозеф де Бройль (1762-1795), умер еще до прибытия семьи в Россию, по некоторым данным, он был казнен революционерами. У матери Александрины, Франсуазы де Бройль, по приезде в Россию сложились дружеские отношения с семьей Людвига Генриха Николаи (1737-1820). Вместе с дочерью Александриной княгиня была частым гостем семьи Николаи в Санкт-Петербурге. Приезжали они на лето и в Монрепо. Очень вероятно, что бывали в Монрепо и братья Александрины. По словам Пауля Николаи, Александрина была всеобщей любимицей. Свадьба Пауля и Александрины состоялась в январе 1811 года в Монрепо.

Для их потомков де Бройли стали близкими родственниками. Альфонс-Октав и Шарль-Франсуа (братья Александрины) воспитывались в Санкт-Петербурге в сухопутном шляхетском корпусе. Обучавшийся там же Фаддей Венедиктович Булгарин (1789-1859), будущий писатель и журналист, состоявший в дружеских отношениях с Шарлем де Бройлем, в своих «Воспоминаниях» сообщает, что «все они были люди отличные, с умом, с душою, с дарованиями. Обхождение с этими отличными молодыми людьми имело на меня сильное влияние».

Старший из братьев де Бройлей, Огюст, в 1798 году уже выпущенный поручиком в Преображенский полк, продолжал посещать в корпусе занятия по картографии и русскому языку. В переписке семьи Николаи Франсуаза де Бройль (мать наших героев и жены Пауля Николаи) именуется «принцессой Ревельской» (Ревель – французская форма названия итальянского города Ревелло, откуда семья была родом, поэтому в источниках встречается полное написание фамилии де Броглио-Ревель, с ударением на последний слог).

Николаи очень сочувствуют постигшему ее горю – гибели старшего сына Августа под Аустерлицем в 1805 году. Ему было всего 22 года. Вот что написали родители Паулю Николаи:

«…Ты вряд ли можешь представить себе состояние принцессы Ревель. Она потеряла под Аустерлицем своего Августа, своего старшего сына. Ей всё ещё кажется, что он, как и многие, которых считали погибшими, вернётся назад, и при подтверждении печальной вести её горе стало таким же сильным, как в первый момент. К тому же пришла весть о смерти её отца, которую от неё скрывали ввиду её слабости. Её дочь похожа на маленького ангелочка. Карл, старавшийся утешить свою мать, сказал ей в частности: «Не лучше ли, что мы потеряли нашего Августа, а не нашего императора, который подвергался такой же опасности?» Мы привезём принцессу в Монрепо вместе с дочерью, как только это будет возможно…». Искренность и невероятный патриотизм!

О смерти второго брата, Карла (Шарля-Франсуа), в битве при Кульме (1813), рассказывает уже упомянутый нами декабрист Матвей Иванович Муравьев-Апостол, служивший в роте под командованием среднего Броглио, Альфонса-Гавриила-Октава: «… Узнав о смерти брата, князь Броглио заперся в своей палатке. 18-го августа рано утром товарищи пришли его навестить и увидели князя в палатке спящего возле убитого брата. Ночью князь Броглио, терзаемый мыслью, что тело брата его брошено на съедение зверей, отправился отыскивать убитого брата. Для него самого было непонятно, каким образом он мог его отыскать: ночи в последних числах августа темны, наши батальоны в продолжение Кульмского сражения ходили несколько раз в штыки…». Через полгода, в марте 1814 года, Муравьев-Апостол и средний Броглио вместе вошли в Париж.

Члены рода Броглио пользовались авторитетом во всех государствах, где им доводилось жить и служить, везде они занимали высокие посты, были явными и тайными министрами, отличались на военном поприще, а некоторые представители рода оставили свой след в науке. Например, Луи де Бройль (1892-1987) в 1929 году получил Нобелевскую премию за открытие волновой природы электронов. При вручении премии было отмечено, что блестящее открытие де Бройля, развивающее идеи Эйнштейна и Бора, устранило в умах границу между миром света (волн) и материи (частиц). Пожалуй, это самый известный из Бройлей человек. На практике открытие связанных с электронами волн привело позднее к созданию электронного микроскопа. Волны, связанные с материальными частицами, теперь принято называть волнами де Бройля. «Нашим» братьям и сестре Броглио-Бройлям физик Луи де Бройль приходится двоюродным правнучатым племянником.

Является ли еще один известный в России Броглио - лицейский товарищ Пушкина Сильверий Францевич Броглио (1799—1820-е) - родственником Броглио-Бройлям? Можно сказать, что является. Но очень-очень-очень дальним.

По генеалогическим данным Сильверий - пра-правнук Марио Феличе, графа ди Касальборгоне (1653—1701), шестиюродного брата генерала Франсуа-Мари, графа де Брольи. Франсуа-Мари де Брольи (1671-1745) – это прадед наших героев. Сильверий Броглио поступил в Царско-сельский Лицей в 1811 году. Пушкин писал в стихотворении «19 октября 1825 г.»: «Пускай опять Вольховский сядет первый, Последним я, иль Броглио, иль Данзас».

В шалостях и озорстве Броглио был зато везде первым. Он, во главе буйной ватаги товарищей, делал набеги на царский фруктовый сад, они снимали через забор наливные яблоки. По окончании лицея в 1817 году Броглио уехал на родину в Италию, в Пьемонт.

Погиб в 1824 году в Греции, где шла освободительная война против турецкого ига.

Правнук

 

Правнук президента Петербургской Академии Наук Людвига Генриха Николаи Павел Николаевич (Пауль барон Николаи (1860 —1919) стал религиозным и общественным деятелем, основателем Российского христианского студенческого движения.

С 1873 по 1880 годы учился при Санкт-Петербургском историко-филологическом институте. В 1884 году окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета со степенью кандидата прав и поступил на службу в 1-й Департамент Сената. Оставил службу в Государственном совете Российской империи, став одним из организаторов и руководителей духовно-просветительного общества «Маяк» (1899) и основателем Русского Студенческого христианского движения.

Анонимно выпустил в Санкт-Петербурге «Пособие при изучении Евангелия от Марка» (1907), ставшее единственным на тот момент в русской литературе пособием для изучения библейского текста для широкого круга людей. Активно занимался проповеднической деятельностью на территории России.

Участвовал в создании Русского евангельского союза. По словам В. Ф. Марцинковского, Николаи «был выдающимся проповедником, притом, что так редко бывает, проповедником для интеллигенции, для студенчества. Он был незаурядный стилист. Он владел простым и ясным языком Библии, его библейские этюды "Моисей", "Иаков", "Закхей", "Самарянка" и др. — представляют собой классические примеры религиозной речи, где нет лишних слов, все ясно, сжато, выразительно». В 1918 году Христианский студенческий Союз Финляндии избрал барона Николаи своим почетным председателем. Поскольку студенческие конференции в России начала XX в. были запрещены, имение Монрепо на территории автономного Великого княжества Финляндского стало идеальным местом для подобных встреч. Сотни студентов-простолюдинов собирались в изысканном частном парке барона. Для обычных выборжан в годы, когда Пауль Николаи был владельцем Монрепо, был открыт свободный допуск в парк. Пауль окончательно отменил входную плату. Война и революция не прошли мимо Монрепо, ставшего единственным прибежищем барона Пауля. Только уважение местного населения позволило Николаи избежать гибели и разгрома имения в 1918-м.

Вскоре у Николаи началось обострение сердечной астмы, и врачи запретили ему проповедовать, но барон не мог отказаться от своей деятельности и продолжал, хоть и реже, выступать, в том числе - в Петрограде. Пауль Николаи скончался в ночь на 6 октября 1919 года.

Павел Николаевич не был женат, и с его смертью оборвалась мужская ветвь рода баронов Николаи. 11 октября при большом стечении народа он был похоронен на фамильном кладбище в Монрепо, на острове Людвигштайн. Монрепо перешло к его сестрам. Младшая, София фон Николаи (1862-1943) вышла замуж за графа Константина фон дер Палена (1861-1923). С этого времени имение переходит во владение Паленов.

Грузинские корни семьи Николаи

 

В парке Монрепо есть постамент (знак памяти?) с надписью: «Княжна Софiя Чавчавадзе (1833 - 1862)».

В истории рода Николаи возникают сюжеты, связанные с родовитыми и знаменитыми представителями грузинского народа, а точнее, двух влиятельных кланов – Чавчавадзе и Шервашидзе.

Александр Павлович Николаи, внук Л.Г.Николаи, в 1849 г. женился на Софье Чавчавадзе. Ее отцом был великий грузинский поэт, генерал-лейтенант, князь Александр Гарсеванович Чавчавадзе (1786-1846). В браке с правнучкой царя Ираклия II княжной Саломеей Орбелиани у него родилось четверо детей. Единственный сын, Давид Александрович (1817-1884), генерал-майор Свиты Его Величества, был женат на внучке царя Георгия XII, светлейшей княжне Анне Ильиничне Грузинской. Старшая дочь Нина (1812-1857) стала женой А.С. Грибоедова. Вторая, Екатерина (1816-1882), вышла замуж за владетельного князя Мегрелии Давида Левановича Дадиани, а после его смерти (в 1853 г.) стала правительницей-регентшей княжества при малолетнем сыне Николае. Младшая же дочь, Софья, в 1850 г. вышла замуж за барона Александра Павловича Николаи.

Благодаря изысканиям Нино Чихладзе и Малхаза Эбралидзе ныне мы знаем о Софии (Софио) довольно много. В письме к своему родственнику, поэту Григолу Орбелиани, мать Софии писала о ней, когда та была еще ребенком: «У нее удивительные черные волосы, прекрасный лоб, прекрасные длинные черные ресницы, красивые белые зубы, ее улыбка очаровывает всех, она стройна, как чинара, правда, она не по возрасту удивительно разумная». Александр Павлович Николаи был знаком с семьей Чавчавадзе с 1845 г. С Софьей он познакомился, когда той исполнилось двенадцать лет (барон был тогда вдвое старше ее: ему исполнилось 24 года). В 1846 г. в результате трагического несчастного случая погиб князь А.Г. Чавчавадзе, а через несколько месяцев скончалась его безутешная вдова. Старшая сестра Софьи Нина Грибоедова позже писала: «Лишь барону Николаи мы обязаны тем, что в то страшное время нашего несчастья он проявил к нам такое тепло. Бог отплатит ему добром… Всегда благодарим Бога, что своей заботой и вниманием принес утешение Сонечке». Несколько лет спустя, в 1849 г., после званого ужина у Воронцовых А.П. Николаи записал в своем дневнике: «Младшая дочь Александра Чавчавадзе, сестра Давида, обворожила меня. Софио, девушка добродетельного образа, обладающая прекрасным голосом, очень сильно похожа на свою воспитательницу, старшую сестру Нино». Результатом стало сватовство Николаи к Софи Чавчавадзе. Свадьба состоялась в 1850 году. Супруги начали строительство своего дома в грузинском имении Бетания (приданое Софии); под руководством жены барон начал изучать грузинский язык. В 1859 -ом у супругов родился их единственный ребенок - дочь Мария. Когда в 1861 г. Николаи получил назначение в Киев, он взял с собой жену и дочь. Но затем последовал перевод в Петербург, и барон решил оставить семью в Киеве. Решение оказалось роковым: Софья Александровна умерла в Киеве в 1862 г. в возрасте двадцати девяти лет. Там же, в Киеве, она и была похоронена. Существуют две гипотезы о дальнейшей судьбе останков Софьи Николаи. По одной, А.П. Николаи впоследствии перевез их в Монрепо и захоронил на семейном кладбище на острове Людвигштайн. По другой, на Людвигштайне был установлен лишь кенотаф С.А. Николаи - т.е. ложная гробница, знак памяти. Осиротевшую дочь (в семье ее звали Мака) Александр Павлович отправил в Грузию, на попечение ее дяди, князя Давида Чавчавадзе. Биография Марии Александровны Николаи (1859-1919) - это особый интересный сюжет. Ее мужем станет знаменитый князь Георгий Дмитриевич Шервашидзе (1847-1918), губернатор Тифлиса и доверенное лицо вдовы Александра III, императрицы Марии Федоровны. Сам же Александр Павлович Николаи до конца своих дней был связан с Грузией: он умер в возрасте семидесяти восьми лет в 1899 г. в своем имении Лачино. Его прах был перевезен в Монрепо и захоронен в родовой усыпальнице на острове Людвигштайн.

И еще одна родовая ветвь: Александр Феликсович Мейендорф, двоюродный брат Софьи Егоровны Мейендорф (владелицы Монрепо с 1869 г. по 1910 г.) был женат на княгине Варваре (Бабо) Шервашидзе (двоюродной сестре упомянутого Георгия Дмитриевича Шервашидзе), фрейлине императрицы Марии Александровны и компаньонке принцессы Евгении Ольденбургской. Спасаясь от преследования большевистских властей, супруги Мейендорфы до своего отъезда в Лондон несколько лет прожили в гостевом доме имения Монрепо.

Монрепо в военный период 1939-1945 годов

 

В ноябре 1939 года началась советско-финская война, которая продолжилась до марта 1940 года. По её итогам Выборг и Карельский перешеек отошли к СССР. Все финское население было переселено в Финляндию. Николаи-Палены были вынуждены бросить свое имущество. Весной 1940 года Монрепо был национализирован. В нем разместился Дом отдыха 123-й стрелковой дивизии. Хотя имение было признано имеющим архитектурную и историко-культурную ценность, это не спасло его от разорения.

Наиболее ценные экспонаты вывезли в Государственный Эрмитаж в Ленинграде, где они хранятся и по сей день. Часть семейного архива Николаи-Паленов попала в Отдел рукописей Государственной Публичной библиотеки.

В конце августа 1940 года Монрепо был передан в ведение Министерства вооруженных сил СССР. Здесь разместился Дом отдыха Ленинградского военного округа. Несмотря на требования охраны, началась вырубка деревьев, разрушение павильонов и памятников. Монрепо оказался почти недоступен для экскурсионных групп и полностью недоступен для одиночных посетителей.

22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Финляндия выступила на стороне гитлеровской Германии. К концу сентября 1941 года финны заняли все территории, утраченные в советско-финской войне. В Монрепо разместился финский военный госпиталь. В 1942 году владельцем имения стал Николас фон Пален (1896-1963).

Советский период жизни парка

 

20 июня 1944 года Выборг был взят советскими войсками. Палены в очередной раз были вынуждены оставить свое имение. В январе 1945 года территория парка и Библиотечный флигель были переданы Дому отдыха Военно-электротехнической Академии связи имени Буденого. Разрушение памятников, несмотря на требования охранных инстанций, продолжилось.

В дальнейшем в Главном усадебном доме разместился детский сад «Лесная сказка», в Библиотечном флигеле — многоквартирный жилой дом. Парк был преобразован в парк культуры и отдыха, фруктовый сад и ягодники отданы под школьное опытное поле. Начался самый мрачный период в истории Монрепо.

Попытки обустроить парк оказались тщетными. Поделенный между различными конторами он фактически оказался бесхозным. Продолжилось варварское уничтожение наследия Николаи. В 1966 году на территории Монрепо разместился Центральный парк культуры и отдыха Выборга имени М.И.Калинина. Появились аттракционы. Дренажная система, созданная в XVIII веке, пришла в негодность. Часть прудов высохла, другая превратилась в болота. Главный усадебный дом прогнил, павильоны разрушены, могилы осквернены.

 

Возрождение парка Монрепо

 

В 60-е годы граф Николас фон дер Пален смог приехать в Монрепо и увидеть своё бывшее имение. Он был потрясён осквернением фамильного кладбища своих предков на острове Людвигштайн.

В 1980-х годах парк пришёл в плачевное состояние, и в Выборге началась кампания за возрождение Монрепо и придание ему статуса музея, чтобы уберечь постройки от окончательного разрушения. Большую роль в этом сыграл Дмитрий Сергеевич Лихачев. В 1988 году Музей был создан, полное нынешнее его название парка: Государственный историко-архитектурный и природный музей-заповедник «Парк Монрепо». Были восстановлены Вьездные готические ворота, китайские мостики, капелла Людвигсбург, павильон «Нептун» и др. В настоящее время в Главном усадебном доме проводятся выставки, другая его часть пока еще закрыта.

Помнишь ли ты парк Монрепо?

 

Парк Монрепо в новейшее время стал известен всему миру по фильму замечательного финского режиссера Аки Каурисмяки «Человек без прошлого» (2002). В фильме звучит ностальгический вальс, посвящённый некогда финскому парку Монрепо, ныне это «Государственный историко–архитектурный и природный музей–заповедник Парк Монрепо». Находится он под Выборгом и был включен в состав СССР по результатам «Зимней войны» 1939-1940 годов.

Музыку к песне написал Эрик Линдстрём, а слова — Айли Рунне. Впервые вальс исполнила Анникки Тяхти в 1955 году. Пластинка разошлась тиражом более 34 000 экземпляров и стала первым «Золотым диском» в Финляндии.

Анникки Тяхти - финская актриса и певица стала особо популярной в начале пятидесятых как исполнительница красивых лиричных шлягеров. Самые известные её хиты — «Помнишь ли ты парк Монрепо» и «Маленькое сердце». Их слушали и крутили на танцполах не только в Финляндии, но и за рубежом. Была популярной Анникки Тяхти и в Советском Союзе. Певица с эффектной внешностью и красивым голосом стала настоящей звездой финской эстрады. Анникки Тяхти родилась в 1929 году, жива и поныне, ей 85 лет. Она была замужем за дирижёром, родила сына, много выступала на телевидении. Фильмы с участием Анникки Тяхти крайне немногочисленны. Единственная её известная работа — эпизодическая роль в фильме „Человек без прошлого“ режиссёра Аки Каурисмяки, премьера которого состоялась в 2002 году. Она играет там менеджера Армии спасения. Картина рассказывает историю безработного, на которого напали в парке бандиты. Он потерял память о прошлом и пытается начать жизнь заново. Анникки Тяхти исполняет перед бездомными трогательнейшую песню «Помнишь ли ты парк Монрепо?» Очень красивая песня, и очень грустная, как и судьба парка Монрепо.

Вместо заключения

Не скрою, мне очень захотелось побывать в парке Монрепо. Пока эпистолярно, в интернете, но, как знать, если сильно захотеть, то мечта может осуществиться. Я спросила в интернет-сети одного довольно известного актера из Санкт-Петербурга Адриана Р.: «Помните ли Вы парк Монрепо?» Вот что он ответил: «В Выборге я был несколько раз на гастролях, когда наш театр был областным. Это было начало века. Я только помню, что в парке мне было очень уютно. Гулял я всегда один. Помню только, что там очень отдыхал душой, забывалось все мелкое, неприятное.» Я поблагодарила своего знакомого, отметив хороший слог письма»

- «Бог с Вами, Валентина. Вся эта парковая старинушка, мудрая, снисходительная, наводит на философский лад, причем ничему негативному в этой философии места нет. Этим мне парк и запомнился»

- «А почему Вы были в парке один?» - «Почему один? Не помню уже... Такое, видимо, было настроение; хотелось побыть одному. Вечером спектакль, снова увижу всех своих коллег, вот и надо было по ним соскучиться! Я часто на гастролях гуляю один,- ни от кого не зависишь, сам себе хозяин»

Философия места, философия жизни. Конечно же, красота пейзажного парка способна гармонизировать душу, нести ей покой и красоту. Поблагодарим актера, который любит и хранит в памяти своей парк Монрепо .

Парк Монрепо прекрасен в любое время года. Он протянулся на четыре километра вдоль бухты Защитная Выборгского залива. Здесь сохранился истинно карельский пейзаж: поросшие соснами и елями холмы-сельги и болотные низины, многочисленные мысы и протоки, и таинственные скалы-мегалиты. Неповторимые карельские пейзажи и удачно вписанные в неё парковые павильоны позволяют неторопливо прогуляться по парку, заглянуть в его самые потаенные уголки, посмотреть с высоты на залив. Отдыхая телом и душой, можно познать очарование Монрепо и задуматься о тех людях, которые из столетия в столетие творили красоту этого парка. Пожелаем удачи и успехов всем, кто занимается благоустройством и возрождением парка Монрепо.

Итак, Парк Монрепо. Кто-то, прочитав мой очерк, мысленно снимает шляпу, а кто-то может сказать «не твое». Однако я стала размышлять и задавать знакомым вопросы о революции. Вот, что сказал основательный человек, возможно, он насторожился, увидев, что я записываю его слова:

- Меня тогда не было на свете, я не могу дать оценку революции.

- Не обязательно быть рождённым в то время, чтобы оценить, - вторил ему другой. - Мы долгие годы жили с понятием "от каждого по его способностям, каждому - по его труду." Лично я сожалею, что плоды той революции не сумели сохранить.

Читаю Серегея Михайловича Волконского, его талантливо написанные мемуары и нахожу в них один из ответов на волнующий меня вопрос: почему разгромили некрополь парка Монрепо после Октябрьской революции. Классовая ненависть, классовая борьба. До чего дошли в отрицании своем: рушили все, вплоть до останков умерших!

Итак, Парк Монрепо. Я не политик - женщина, не лишенная романтики и мне бы хотелось, чтобы у Парка был хороший, творчески настроенный хозяин и многочисленные гости, склонные к диалогу и чтобы в Парке проводились балы, - словом, оживленная, блестящая жизнь в Парке Монрепо, а также и в других парках мира. Возможно, Парки спасут мир?!

 

Источники:

1.Президенты Академии наук. Барон Генрих Людвиг фон Николаи http://www.ras.ru/presidents/a1d1194d-f0ab-4955-a786-a98480776107.aspx 2. Михаил Ефимов Пауль Николаи, газета Выборг № 127 (17482) 28 августа 2015 Источник: http://www.gazetavyborg.ru/article.php?table=events&item=43265238&album=null 3.ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ПРИРОДНЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК "ПАРК МОНРЕПО" http://www.parkmonrepos.org/ 4.Монрепо https://ru.wikipedia.org/wiki/

5. Путешествие с Марией Анашиной https://anashina.com/park-monrepo-v-vyborge/

6. Подшивка журнала «Наше наследие» N 79-80, 2006

7.Юлия Мошник, Мартинелли, газета «Выборг», № 83 (17483) | 11 июня 2015 http://www.gazetavyborg.ru/article.php?table=events&item=61263381&album=null

8.Михаил Ефимов, Монрепо от А до Я, «Газета Выборг» N139, 18.09.2015

http://www.gazetavyborg.ru/article.php?table=events&item=72479013&album=null

9. Борис Соколов Монрепо на карте романтической эпохи

http://www.nasledie-rus.ru/podshivka/7904.php

10. Братья Броглио, Электронная Библиотека Алвара Аалто http://aalto.vbgcity.ru/node/492

11. Грузинские страницы в летописи семьи Николаи http://www.parkmonrepos.org/content/gruzinskie-stranicy-v-letopisi-semi-nikolai

12.Барон Николаи. Заметка. Тифлис, 1891 http://memoirs.ru/texts/Nikolai_RA92K1V3.htm

↑ 891