Сороки (30.06.2018)


 

М Тильманн

 

Поздней осенью, зимой или ранней весной я храню свой хлеб на балконе. Там прохладно и хлеб не плесневеет - находится в своей подлинной упаковке. Однажды утром я заметил, что упаковка в нескольких местах порвана и кто-то полакомился булкой. Кто из многочисленной птичьей породы мог это сделать? Кто мог догадаться, что в упаковке находится хлеб? Дрозды, которые в изобилии прыгают под балконом, этого не делают...

Однажды я все-таки обнаружил воровку – сороку. Какая наглость - красть хлеб да еще и оставлять следы от своих грязных лап! Могла бы перед тем, как красть хлеб, помыть ноги - Рейн-то рядом... Этот случай напомнил мне другие сорочьи трюки. Что сороки воровки – всякий знает, но когда это видишь собственными глазами, совсем иное впечатление.

Это было в дни моей молодости, когда я работал на строительстве дороги под перевалом Тюя-Ашу, на высоте около трех тысяч метров над уровнем моря. Землянки и палатки рабочих и технического персонала были установлены на выровненной площадке невдалеке от реки Абла. Эти строения были установлены на достаточно большом расстоянии друг от друга. Я работал мастером после окончания техникума, и моя конторка находилась в середине всех строений. Перед моим окном была довольно большая свободная площадка. Природа была великолепна. Близко расположенная горная цепь, покрытая снегом, способствовала тому, что погода менялась на дню по семь раз. Здесь, вдали от шума людского, имелось много дичи: козероги, архары, улары, волки. Наши охотники ходили иногда на охоту, но успеха особого не добивались. Тогда они решили поохотиться на сорок, которые водились возле нашего жилья в огромном количестве. Однако и тут их ждала неудача. Тогда они заявили, что сорока такая птица, которую невозможно подстрелить.

Я им не поверил и решил это проверить. В моей конторке висело охотничье ружье шестнадцатого калибра, а во дворе перед окном прыгало с полсотни сорок. Я подумал, что одну-то из всей стаи я подстрелю. С этой мыслью я взял ружье и неслышно вышел во двор - нигде ни одной сороки. Тогда я вернулся в помещение, поставил ружье в угол и сел к окну – весь двор ожил сороками. Я вновь повторил выход с ружьем - и опять та же история. Тогда я поставил ружье в угол и вышел без него – все сороки остались на месте. Что это – чутье или у них сидит где-то скрытый наблюдатель. Пришлось поверить охотникам...

Однажды наша изыскательская партия отправилась в район курорта Джети-Огуз и разбила лагерь вблизи горы «Разбитое сердце». Рядом протекал небольшой ручей, в котором мы мылись. В Кыргызстане природа великолепна, недалеко от нас красовались огромные Тянь-шаньские ели, и мы под ними ставили палатки – запах хвои навевает приятные сны.

Однажды утром я стоял и умывался над ручьем так, чтобы он протекал меж ног. Я намылил лицо так, что ничего вокруг не видел - розовое туалетное мыло положил наощупь возле ног. Когда смыл мыльную пену и хотел взять кусок мыла, его там не было: увидел сороку с куском мыла в клюве. Такого нахальства я не ожидал: воспользоваться тем, что я не вижу, пролететь меж ног и украсть мыло...

 

Другой подобный случай произошел в доме моих родственников. Я их посетил в разгар весны, когда сады были в полном цвету, а луга покрывало множество цветов.

Было воскресение и дочери моих родственников пригласили к себе своих подруг для игры в мяч. Одна из дочерей положила на подоконник кухонного окна свои стеклянные бусы, чтобы не мешали игре. Когда девочки наигрались и гости ушли, бус на подоконнике не оказалось. Пострадавшая побежала к отцу и рассказала о случившемся, предположив, что кто-то из подруг унес бусы. Отец запретил так думать:

- Никогда не думай плохо о человеке, тем более о подругах, если не уверена в их поступке.

Он велел второй дочери, у которой были точно такие бусы, положить их на тот же подоконник и спрятаться так, чтобы можно было наблюдать за бусами. Прошло немного времени и они увидели сороку, которая подлетела к окну, схватила бусы и поднялась на высокий тополь, где было гнездо.

- Теперь и у меня нет бус, - заплакала вторая дочь.

- С этим мы справимся! – заявил отец.

Он взял длинную лестницу, прислонил к тополю и полез к гнезду. Там мирно лежали обе связки бус. – Никогда не оставляй на открытом месте то, что блестит. Сороки и вороны очень любопытны и пристрастны к таким вещам.

2001

 

 

 



↑  78